– Чёрта с два, решайте сейчас! – вспылила она, но потом осеклась и успокоилась. Ей было неловко за свою вспышку, и она попыталась убрать напряжение фразой, – У вас не подданные, а сборище дегенератов, что тут решать? Невежество нужно гнать поганой метлой, пока не стало слишком поздно… мало махать мечами на каждом углу, тут надо менталитет менять, а это куда тяжелее, ведь жители Сакраля не люди и не маги уже давно, это животные.
Блэквелл, до этого скучающий посмотрел на Алису внимательно, не сводя глаз.
Алиса фыркнула и гневно на него посмотрела, но в его лице ничего не изменилось.
– Лефрой! Я спрашиваю ещё раз, есть мысли касательно Форта Аманты?
Винсент едва открыл рот, чтобы что-то сказать, но Алиса его перебила, хладнокровно смотря ему в глаза.
– Конечно… послать спец-отряд «Омега» для охраны рубежа.
– Категорическое «нет», – возразил с чувством Блэквелл, – Исключено! Ноги твоей на востоке не будет.
– Винсент, погоди! – встрял Дронго Флэтчер, – У нас сейчас лучше отряда нет, их мало, но их результаты бьют все ожидания.
– Я сказал «нет»! – он крикнул и замок сотрясло.
– Ну в кого же ты такой невообразимо упрямый, что б тебя! – Алиса вскочила и треснула по столу рукой.
– Не смей туда соваться, ясно? Читай по губам: НЕ СМЕЙ, блядь! – он встал, и говорил уже с высоты своего очень внушительного роста.
– Что ж ты так рьяно тогда меня сюда пропихивал? Чтобы потом приказать молчать? Это единственно правильное решение, ты знаешь!
– Леди Лефрой права, Лорд Блэквелл, успокойтесь, штукатурка уже сыпется.
– Заткнись! – Блэквелл схватился за голову, чтобы прийти в себя, – Заседание окончено, Сальтерсом-младшим я займусь лично, а вы пока уберите с севера агентов!
– Но, Винсент, это глупо! – перебил его Ноксен.
– …Глупо скармливать наших агентов нашим союзникам, Ник! Алиса, ты отвечаешь за волков. Броусона надо допрашивать… Дронго, закуси губу и вперед. Тебе в помощь наша выскочка! – и он убийственно посмотрел на Алису.
Члены совета один за другим начали расходиться, Алиса присела в реверанс, не отрывая ледяной взгляд от своего Хозяина, и собралась было идти, но Винсент в миг оказался за её спиной и крепко вцепился ей в руку, толкая к стене и не давая обратного ходу.
– Ты решила играть против меня на моём поле, так вот заруби себе на своём капризно вздёрнутом носике: не выйдет. Совет мой, ты моя, замок мой. Ты – интеллектуальная игрушка, с которой мне периодами интересно в силу моей однообразной жизни и нервной работы. Ясно?
Он стоял, прижав её к стене и заблокировав пути к отступлению, и смотрел сверху вниз. Его голос был тихим, сходящим на шепот, глаза полны огня.
– Тогда не стоило брать такие опасные игрушки в свою песочницу, Милорд. Вы – жертва своего же отстойного хитроумия, – она чеканила слова, переводя взгляд с его глаз на губы, а потом пустила ток по телу и вырывалась из хватки.
– Я хочу тебя. Сейчас, – процедил он сквозь зубы, смотря испепеляющее.
– Это приказ?
– Нет.
– Тогда атакуйте свой гарем, Ваше Величество! – она говорила так же сквозь зубы и смотрела исподлобья с неприкрытой враждебностью.
– А мне нужна ты.
– Винсент, нет!
– Почему?
– Ты ведь должен был успокоиться, отымев меня. У тебя полный замок вожделеющих женщин, в конце-то концов! Да позови ты свою Графиню, и ебитесь сколько влезет, – Алиса с силой толкнула его в грудь, но он даже не пошатнулся.
– Я вообще не понял, почему я должен у тебя спрашивать можно мне или нельзя тебя трахнуть: ты моя!
– Давай я объясню на пальцах: мне плевать, что, по этому идиотскому контракту, я – твоя собственность. Я – человек, а не твоя шлюха, – она психовала и тёрла виски, – Чёрт! Да я вообще не шлюха! Хочешь – насилуй, но если в твоих интересах моё расположение, как это было раньше, то… – она замолчала и закусила губу, как будто сдерживая слова насильно.
– Что тебе нужно?
Прошло несколько мгновений, прежде чем Алиса набралась смелости продолжить:
– Почувствовать себя свободной. Нужной. Будто кому-то действительно есть дело до того что у меня когда-то была душа, а не потому что я смазливая, – она обняла себя и начала растирать руками, – У меня так мало времени для реальной жизни… Всего раз, мне правда больше ничего не надо. Если тебе это сложно, то переключись, пожалуйста, на кого-то более… сговорчивого.
Она просто стояла, потупив глаза, и теребила оборку своего светло-серого парчового платья. Блэквелл смотрел на неё, внимательно изучая каждую эмоцию на её беззащитном лице. В этот момент она казалась до крайности хрупкой, ранимой и даже испуганной.
– …Всего на одну ночь почувствовать, что я могу быть центром чьей-то Вселенной, почувствовать это, понять почему люди так этого всю жизнь ищут, почему этому посвящено столько книг и музыки… чтобы, оглянувшись назад, я не жалела о потерянном времени.
