Пуговицы её рубашки со звоном летят на террасную доску, а в серых глазах непонимание.
Ей нельзя мёрзнуть. Когда ей тепло, она цельная и такая родная, но как только холод дотрагивается до её кожи, она начинает покрываться льдом. Прокалываю палец и рисую…
…Крыло. Этот знак напоминает крыло, ведь любовь окрыляет.
— Отдаю свою душу без остатка за твою жизнь, посвящая самому сильному из знаков, — улыбаюсь, — Ангельская Вечность…
Я ни разу в жизни не видел двусторонний знак вечности. У папы был такой, но мама к тому моменту уже была мертва, и я не видел два крыла вместе.
Знак моей девочки — мой след, поэтому светится огнём, и от этого…
— …Тепло! — она искренне улыбается и тянется к моим губам с наивными глазами, полными восхищения и любви, — Спасибо.
— За такое спасибо не говорят.
— И всё же… спасибо, Винсент! — я целую её очень нежно. Сейчас я люблю её ещё больше, чем обычно, если это конечно возможно, меня просто переполняет чувство, и это не столько страсть, сколько… хочется делать безумные вещи во имя моей девочки, хочется, чтобы она всегда так улыбалась и смотрела на меня, — Мне так тепло… с таким крылышком я никогда не замёрзну! — закрывает глаза и утыкается мне в грудь.
Всего-то и надо было! Почему я раньше этого не сделал?
— Теперь всё. — улыбается с горечью и даже виновато.
— Что всё?
Но я знаю этот взгляд, она уйдёт от прямого ответа:
— Ты только никогда не сомневайся.
— В чём!?
— Что я люблю тебя, — осторожно касается крыла на моём сердце, — Видишь? Я люблю. Тебя.
Я не услышу больше ни слова конкретики, это я прекрасно понимаю, потому что моя девочка перешла на магическую волну, говоря загадками, которые всегда имеют слишком глубокий смысл, чтобы распознать его сразу. Позже я обязательно пойму, что она имела ввиду, но сейчас я просто всматриваюсь в её прекрасное лицо, а она делает тоже самое, и…
… У меня щемит сердце, будто всё это сейчас разрушится.
Кивает мом мыслям:
— Так и есть. Это конец.
Нет.
НЕТ!
— Лис…
— Прости. Прости, но это уже происходит. Мне жаль, Винсент.
А я стою и не могу пошевелиться, потому что в голове кое-что складывается в одну картинку, которую я не хотел видеть, ведь был ослеплён любовью.
— Риордан, не отходи от Алисы ни на шаг, отвечаешь своей жизнью за неё.
Блэквелл в этот же миг рассеялся в воздухе.
— Али, что с ним? Я ничего не понял.
— Ничего хорошего, судя по тому, что он прибегнул к телепортации.
— Энергозатратно?
— Ужасно. Потом долго мутит и сложно концентрироваться, — она посмотрела отстранённо, а потом взяла друга за руку, — Арти, ты — мой заместитель, ведь ты знаешь?
— Знаю, ты же мне бумаги прислала. Спасибо! Это честь…
— Вы с Дрейком конкурировали, но я выбрала тебя. Знаешь почему?
— Потому что я — твой лучший друг? Потому что в остальном, Дрейк меня опытней!
— Нет…
— «…Это не педагогично»?
— Всё верно, это было бы не объективно. Я выбрала тебя, потому что ты можешь справляться самостоятельно, потому что можешь принимать решения, потому что ты умеешь слушать своё сердце. Дрейк пока действительно опытнее тебя, опыт — это очень важно, но я оценивала потенциал. Я знаю, ты меня не подведёшь, только… пожалуйста, ты должен себя хоть иногда слушать. Ты конченный мудак, как и Винсент, но ваше поведение всегда с чем-то связанно. Разберись с этой особой интуицией, это твоё задание. Я хочу, чтобы ты понял себя, и превратил это в сильную сторону, потому что это и есть твой уникальный талант.
— Талант… быть мудаком?
— Странно звучит? Согласна… мне почему-то жутко сложно выразить мысль, слова путаются… — она вздохнула, — Я всем раздала характеристики, кроме тебя, ты, я знаю, даже обиделся. Но это тоже не случайно.
— Почему ты так сделала?
— Потому что ты особенный для меня человек, я совершенно теряюсь, когда пытаюсь тебя охарактеризовать. — она перешла на шёпот и отчаянно схватилась за сердце будто от щемящей боли, — Я знаю лишь, что ты очень наблюдательный, можешь быть невероятно чутким и внимательным. Всё это очень важно, но я бы на твоём месте каждый божий день училась концентрации.
— Али, ты странно себя ведёшь. — Артемис не мог без боли наблюдать за необычной эмоциональностью своей любимой подруги.
— Потому что я хочу, чтобы ты сконцентрировался на том, что сейчас подсказывает твоя интуиция, и принял решение. Проанализируй всё, что сейчас тебя больше всего цепляет, — она серьёзно посмотрела на него, выжидая реакции.
Артемис встал и повернулся к Алисе спиной. Он скрестил руки на груди и напряжённо думал. Потому посмотрел на подругу и уверенно сказал:
— Тебя нужно временно отстранить от командования, — с этим его предложением Алиса согласилась, кивнув, — И… надо собирать отряд.
— Не отряд, а армию, но в остальном верно.
— Почему?
