— Ты мертва. Мертва для меня, тварь! Я боготворил тебя столько лет, закрывал глаза и видел твою смерть, все эти 12 лет каждый день винил себя и не позволял себе счастья только потому что ты… — он запнулся и сжал зубы, — Я любил тебя, а ты даже не соизволила выделить за эти годы пару минут, чтобы сказать: «Со мной всё нормально, я просто чихала на всё, что между нами было, и выбрала демонизм и Вон Райнов»!
Он замахнулся ладонью, но замер, рыча от боли, потому что Ирэн смотрела в его глаза отважно, принимая каждое слово и каждое действие, как заслуженное:
— Прости. Я поддалась на провокацию, сделала выбор и готова умереть. Просто знай, что я сожалею, — она склонила колени и голову, приседая перед Герцогом в полном повиновении, — Убей и будешь прав.
Но то не было конца гнева Блэквелла, ведь он повернулся к молчаливой Алисе и теперь изливал злость на неё:
— Чего ты добивалась!? Лучше б я не знал… лучше бы я никогда об этом не узнал, Алиса! Ты такая же, как она! Ты разрушила всё… — в его глазах исчезла чернота, сжимаясь до зрачка, и показалась боль в глубине изумрудной радужке, — Зачем ты так со мной? Я мало из-за вас двоих натерпелся? Тебе нравится причинять мне боль?
— Я хочу, чтобы ты перестал чувствовать себя виноватым, — спокойно сказала она и приблизилась к нему, — Это висит на тебе с рождения, но ты ни в чём не виноват. А теперь прости и отпусти, — она скользнула рукой за пазуху мужу, откуда из нагрудного кармана достала ветряную вертушку, которую протянула Ирэн, — Возьми. Я ведь обещала тебе.
— С вашей дочерью правда всё в порядке?
— Да, — кивнула Алиса, — Как тебе удалось всё провернуть?
— Когда девчонка оказалась у меня, мы отправились сюда, в Марсель, чтобы достать кристаллы, как ты и говорила. Я сделала всё, как ты сказала, но что делать с кристаллами не знала, а ведь я даже держать их нормально не могла, — она поморщилась, — А вот ваша дочь на них отреагировала невероятно: вокруг всё закрутилось-заискрилось и меня почти засосало в воронку, как бывает при телепортации, но я удержалась.
— Из-за тебя наша дочь оказалась в замке Дум, — рыкнул Блэквелл, — Прямо в руках Роланда.
— Да… если меня телепортируют, то я всегда попадаю в место, где стала демоном, но я удержалась, и девочка… мне жаль! Я ведь не думала, что так получится.
— Что потом? — спросила Алиса, — Как ты передала кристаллы Арти? То было тоже в замке Дум!
— Верно… прошло 4 месяца, а я всё не понимала, что делать с кристаллами. И тогда я узнала, что надзиратели совершили покушение на Вуарно, его смерть была мне не нужна, ведь он охраняет границы, он Наместник. Я вытащила его, зная слабые места паладинов, мы прятались, пока он не восстановил силы, но на тот момент магия была уже очень грязной, мне это конечно же не мешало, а вот маги вокруг умирали.
— Надо полагать кристалл очень помог гаду-Вуарно, — заметил Винсент брезгливо, — Такой источник силы в кармане — просто зашибись!
— Мы уничтожили многих островитян, но не всех. Они умеют прятаться и адаптироваться, обладают древними знаниями, которые неведомы даже Алексу. А потом мы при помощи кристалла, его сил Примага и моей Некромантии смогли на несколько минут открыть границу, чтобы передать кристаллы. Мне повезло встретить твоего друга, Алиса, но в это путешествие Алекс чуть не умер. С тех пор он всё чах и чах, пока несколько дней назад ему не стало лучше.
Блэквелл хмыкнул:
— Алиса вернулась, очищая магию.
— Я сделала всё, что могла, — кивнула Ирэн и посмотрела на ветряную мельницу, — И теперь я хочу жить, как человек. Либо принять смерть.
Алиса сделала шаг назад и потянула за собой мужа, который не отрывал взгляд от бывшей жены, но подчинился воле нынешней.
— Я ненавижу вас двоих, — прошептал он, — Что вы со мной сделали? — он одёрнул её за руку и вцепился ладонями в её плечи с силой, — Алиса, я не могу так больше! Я схожу с ума, и ты тому причина! — он перевёл свои напряжённый ладони, обхватывая больную голову с силой, и рыкнул, — Сделай что-нибудь, вытащи меня из этого ада… я умоляю тебя.
И она просто кивнула, совершенно хладнокровно глядя на мужа, который был в отчаянии.
Она отвернулась, закрывая лицо ладонями, ничего не отвечая, никак не выдавая больше своих слабостей, а Винсент смотрел на неё всю дорогу до дома глазами полными боли.
— Я бы сказал, что больше никогда не хочу тебя видеть, но ведь не выдержу и дня. — задумчиво сказал он и отвёл взгляд, — И теперь я снова верю, что проклят, а не благословлен, но ни магией, не властью, а тем, что полюбил тебя.
Очутившись в спальне, ему стало совершенно на всё плевать, хотелось лишь стоять и смотреть в одну точку, что он и делал. Тогда очень незаметно руки жены чуть толкнули его в грудь, садя на кровать, и они же сняли с него одежду, готовя ко сну. Прохладная ладонь коснулась лба и тихий голос разрезал тишину:
— Снова жар. Тебе дать воды?
Но он не ответил и никак не отреагировал, смотря лишь в точку по-прежнему, пока прохладное стекло бокала не коснулось его губ. Он покорно пил воду, даже не держа стакан, а потом под напором женских рук лег под простыни:
