— Куда угодно, — ответила она и снова обернулась, — Главное, подальше отсюда.
— Как поедем?
— Я покажу мастер-класс по запутыванию следов.
— Подожди, мне надо собрать вещи…
— Эван! — рыкнула Алиса, — Забудь про вещи, сейчас же спускайся по пожарной лестнице!
А потом кот в мешке, который держала Алиса, повёл себя странно: он начал издавать возмущённое мяуканье, а от взгляда сквозило агрессией. В это время Эван быстро побежал в свою палату за вещами, а Алиса, чертыхаясь, пошла за ним, осторожно заглядывая за угол.
Проходя мимо тележки уборщицы, она осторожно вытянула бумажный пакет, в котором пожилая женщина припасла пару круасанов, но выпечка интересовала Алису меньше, чем сам пакет. Она прислонила его ко рту и начала в него дышать, как делают люди больные астмой или испытывающие приступы паники.
Милки шипел и пытался выбраться из мешка, а Алиса затянула верх верёвкой и выругалась:
— Заткнись, Милкис! Ещё звук и я окуну тебя в ледяную воду!
Она говорила со злостью и её же источала, но животное всё равно вело себя неадекватно. Крадучись, девушка прошла к палате Эвана, как вдруг её глаза заслезились о боли, будто прямо в её лицо прыснули слезоточивым газом. Будь она впервые в такой ситуации, то наверняка растерялась бы, но Алиса была собрана и знала, чего ждать. Не теряя магию понапрасну, она лишь двигалась на ощупь вдоль стены и по-прежнему дышала в пакет.
«Господи-как-же-больно! Молчи, не говори им ничего!» — услышала она мысли Эвана, который был совсем недалеко, где-то за стеной.
Открыв дверцу ниши, где хранился пожарный шланг, Алиса осторожно достала содержимое и как можно тише прокралась за дверной проём комнаты, где слышалась знакомая речь на сакрите:
— Сделайте всё быстро и чисто. Никто не должен заподозрить здесь магию, иначе мы рискуем обнаружить себя! — давал команды предводитель паладинов.
— Вуарно подозревает?
— Возможно, но не уверен. Его секретарь говорит, что да.
Алиса нахмурилась и телекинетическим воздействием открыла воду, медленно проходящую по шлангу. Ей не нужно было лишнее внимание, поэтому всё было тихо и довольно медленно, но вода всё же текла по полу, распространяясь по коридору к палатам.
Эван был жив, она это знала, ведь слышала его мысли:
«Алиса, прости… ты говорила мне, а я не послушал! Ну почему же я такой неудачник?»
Кот заёрзал в сумке, выдавая шорохи по ту сторону стены, на что командир паладинов среагировал моментально:
— Проверь. — тихо приказал он, а Алиса в сердцах выругалась на кота, который не мог спокойно усидеть на месте.
Едкий запах тех трав, что были для неё опасны, усиливался с каждым шагом паладина, но она лишь задержала дыхание и зажмурилась, навострив уши. Поверяя лишь слуху, она ловким движением приблизилась сзади к бывшему островитянину, которого выдавал средний рост и особенный разрез глаз, закрыла ему рот ладонью и немедля свернула ему шею.
Неприятный характерный хруст шейных позвонков уже нельзя было ни с чем перепутать, поэтому у Алисы оставались считанные секунды до облавы. Она села на корточки, затаившись, и пустила сильный разряд тока по воде одним лишь указательным пальцем.
Не имея прежних запасов сил, она почувствовала головокружение и слабость, но это были мелочи по сравнению с тем, что в это время происходило с паладинами, до которых добралась вода, проводящая ток. Их бил разряд, испепеляя словно на электрическом стуле, запахло палёной плотью и послышался звук падающих на пол тел, но не все из островитян пали жертвой Квинтэссенции.
Алиса уверенно вступила в палату, как только справилась с головокружением, и дёрнула Эвана за руку. Он сидел на кровати и держался за живот, в котором торчал складной нож. Кровь капала на пол, но Алиса без слов тащила за собой молодого мужчину, а он хватал воздух в шоке от происходящего, ведь никогда не видел ничего подобного.
— Алиса… — позвал он судорожно, — Они мертвы… да?
— Да, — сурово ответила она, — Но это лишь часть тех, кто в этом здании. Наберись сил, всё ещё не закончилось.
— Откуда ты знаешь?
— Я чувствую запах. Они вытравливают меня.
Эван принюхался и тоже почувствовал какой-то не очень приятный аромат, напоминающий церковные или экзотические благовония. Он не любил такие запахи, но максимум, к чему эта неприязнь могла привести, так это к лёгкому головокружению или тошноте, но Алиса вела себя так, будто это действительно представляло опасность.
В подтверждение мыслям Эвана, она остановилась, облокотившись на стену, и начала дышать в бумажный пакет, будто воздуха ей не хватало. Её глаза слезились, а кожа выглядела ещё более нездорово, чем обычно.
— Скажи, чем я могу помочь? — спросил он, прижимая руку к животу.
— Держись, — сказала она, не глядя на него, — И слушай меня. Это всё, что ты можешь сделать. У тебя серьёзное ранение, но я тебя вылечу, если ты продержишься хотя бы час.
Он почему-то улыбнулся и сжал её ладонь, услышав в её интонации дрожь.
— Я тебе нужен, — сказал он тихо, — Это не совсем то, чего бы я хотел, но и этого достаточно. Спасибо тебе…
И она посмотрела на него:
