Поблагодарив умельцев за ударный труд, отбываем восвояси, предварительно осведомившись, а не повлияет ли сей инцидент на скалолазные способности индивида и возможно ли в принципе в таком вот распрекрасном виде ползти на семитысячник. Получив принципиальное добро и пару дельных советов для Жеки Виноградского, бессменного эскулапа всех предыдущих экспедиций, предстаем вскорости пред очами наших любимых супруг. Дети, вдоволь наревевшись, уже дрыхнут без задних ног, жены же в состоянии полнейшей прострации, выкушав до того по чуть-чуть водочки, начинают рассказ сторонних наблюдателей. Оказывается, когда мы уже катались по проезжей части, девица ринулась в бой, колотя меня ногами и не обращая внимания на несколько шлепков букетом по физиономии, полученных от моей супруги, пока на нее не налетела разъяренной фурией моя тринадцатилетняя дочура. Грамотно проведенный «сэйкэн аго учи», прямиком в сопатку, отрезвил дуреху и напрочь вывел из игры. Зажимая ладонями расквашенный нос, она злобно прошипела: «Все равно наш мастер по боксу вашего седого хмыря замочит!» Не получилось, однако… Не свезло. А поутру, аж в полседьмого, объявился нежданно мент и стал снимать показания, чем немало удивил всех, привыкших к полнейшему пофигизму нашей доблестной милиции в таких случаях. На ближайшей же тренировке «сенсей», внимательно изучив мою побитую рожу и выслушав подробности, задумчиво так протянул: «Судя по манере боя, это скорее всего кик-боксер. Но за железку-то наказать его надо. И не твое это дело, сами разберемся». И, как всегда, он оказался прав: парня сосчитали быстро и кулуарно воздали ему по заслугам. А через месяц возвратился брат с разукрашенным всеми цветами побежалости личиком, что не помешало нам весело сей же момент в узком семейном кругу и отметить.
Прошло года два, и дела занесли меня в охранную фирму ИНТЕР-БОСС. Проходя по внутреннему дворику, краем глаза уловил нечто и, мгновенно обернувшись, глаза в глаза встретился взглядом с НИМ, сразу же опустившим голову к колесу поддомкраченного джипа. Ну и пусть его, Господь ему судья! Да и неинтересен он мне сейчас…
«Каждый рыбак мечтает поймать большую, а еще лучше — гигантскую рыбу. А некоторые рыбы мечтают поймать рыбака. Такие хищники обитают не только в морских глубинах и тропических реках, но и у нас на Севере. Ханты считают, что в гигантских щук превращается водяной дух Сарт-лунг. Рыба-оборотень живет в глубоких омутах и легко может перекусить лодку»,
А вот и предпоследний крутой поворот речки перед долгожданной избой. Чтой-то я на сей раз разрезвился — иду с опережением графика часа на два. А причиной тому — прекрасная осенняя погода, попутный ветерок в спину, великолепное настроение, вызванное созерцанием всей этой прелести — ярко-голубого, без единого облачка неба, красно-желто-зеленого разноцветья разнообразнейшей растительности по берегам и остро ощущаемое хребтом чувство полнейшей раскрепощенности утомившегося от городской жизни человека. Только что по правому берегу исчезла за поворотом газочурка, от которой осталась лишь обветшалая и уже давным-давно обрушившаяся крыша, а ведь в сталинские времена, когда в верхах реки, в самом комарином царстве, тяжко стеная, жила своей угрюмой и страшной жизнью огромная политическая зона, по реке ходили допотопные катера с огромными, вертикально поставленными и густо чадящими бочками газогенераторов, для подпитки которых и заготавливались здесь так называемые деревянные «чурки».
Прямо передо мной, на крутой излучине и на самом берегу, торчит огромнейшая сосна, в корнях которой поколения глухарей вырыли глубокую «закопушку», и не было года, чтобы она пустовала. Вот и сейчас, предварительно высунув из норы длинную черную шею и обалдев от увиденного, стартанул оттуда прямо над кружащимся «уловом» гигантских размеров глухарище. Место-то они облюбовали для себя идеальное: по обе стороны речка просматривается метров на сто и подкрасться к «закопушке» по воде практически невозможно. Но зрелище улепетывающего за пределом выстрела над самой водой красавца заставляет резко трепыхнуться охотничье сердце. Притормозив перед «уловом», размахиваюсь под ехидным взглядом Соболя своим старым спиннингом и шлепаю самодельный «шторлинг» в самый эпицентр ямищи. Страшенных размеров «борода» и завершила этот гениальный заброс. Соболь, перебравшись через грузовую площадку, с паскуднейшей улыбочкой иезуитски наблюдает за моими потугами распутать оную.
Обычно он азартно болеет, когда
