Климов насчитал десять ступенек и коснулся цементного пола. Навскидку ширина подвала была внушительной, а вот конца подвала луч фонаря не нащупал. Климов, светя себе под ноги, чтобы не попасть в какую-нибудь хитрую ловушку, медленно пошел вперед. Метров через сто он отметил, что подвал стал сужаться, а еще метров через пятьдесят он оказался перед узким коридором. В напряженной тишине было слышно, как бьется его сердце. И вдруг раздался какой-то шум. Он напряженно прислушался. Звук доносился из темного коридора. Климов старался не дышать. Он быстро погасил фонарь и тихонько, крадучись, сделал несколько шагов. С каждым движением звук усиливался, пока не превратился в знакомую мелодию. Радио, стоящее на столе в его подсобке, транслировало музыкальную передачу. Через минуту Климов оказался в угольной яме котельной. «Вот вам и второй вход в подвал. Кто бы мог подумать…» Он задрал голову и посветил вверх. Без лестницы выбраться наверх нечего было и думать.
На обратный путь он потратил минут пять, не больше. Выбравшись из подвала, он наспех навел порядок в подсобке и понес ключи на вахту. Словоохотливая дежурная обрадовалась его появлению и пригласила на чай. И хорошо, что он не отказался.
– …Случись чего, предписано звонить сразу завхозу, а он уж дальше пусть сам решает, что делать. Не нашего ума дело.
– А что может случиться? – на всякий случай уточнил Климов.
– Ну, к примеру, сегодня утром моя напарница обнаружила, что вода из трубы течет. А если бы с вечера сделала обход, как предписано, то и убытка было б меньше, – посетовала Антонина Семеновна на напарницу. – Я-то всегда во все кабинеты загляну. Особенно на первом этаже. Сколько раз приходилось то окно закрыть, то свет выключить. Все спешат, все спешат. А куда, спрашивается?
Допив чай, Климов тепло распрощался с дежурной, еще раз поблагодарил за угощение и пошел в свою подсобку. «Вот тебе и проблема на пустом месте, – подумал Климов. – Обходы, видишь ли, у них».
Вернувшись в котельную, он первым делом подошел к угольной яме. До дна метров пять, если не больше. Он вначале подумал, что можно бросить канат, но, представив, сколько надо потратить усилий, чтобы подняться обратно, решил, что канатная лестница ему подойдет больше.
Осталось только разобраться с назойливыми дежурными.
Завхоз Климова заметил еще со двора и чертыхнулся. «Не человек, а сплошные проблемы. Не одно, так другое. И как мы только жили без него?»
«Человек-проблема» спокойно сидел на подоконнике и слушал музыку.
– Что на этот раз стряслось?
– В углу промок цементный пол, и если сейчас положить на него доску, то начнет сыреть и опять придется менять линолеум, – объяснил Климов.
– Да ладно, это когда еще случится, а Валентина Анатольевна, если не вернем ей подсобку, меня препарирует как труп уже на следующей неделе. А ты говоришь, отсыреет. Я, может, к тому времени на пенсию уйду. И буду заниматься садом, – мечтательно сказал Семин. – Эх, видел бы ты мой участок. Какие яблони растут!
Климов посмотрел на часы и нетерпеливо заерзал на стуле, раздражаясь многословию завхоза.
– Степаныч, – Климов решился прервать монолог завхоза, – так я чего, собственно, пришел. Если обрезать доски в углу и сделать отдушину в полу, то подсобка будет завтра готовой.
– Да делай ты свои отдушины! Я что, против? Мне главное, чтобы Валентина Анатольевна мозги не выносила. – Семин сердито посмотрел на Климова.
«Годами не замеряли давление в трубах, и все было в полном порядке. А этому все неймется. Одна головная боль. Отдушины ему теперь подавай».
Свои претензии Семин не стал озвучивать. Делает Климов работу почти задарма, и то хорошо.
– Тогда дайте распоряжение плотнику, а размеры я ему скажу.
– Иди уже, – махнул рукой Семин. – Сейчас позвоню плотнику.
К концу дня Климов аккуратно уложил доски обратно, проверил, как открывается ляда, и остался доволен. Воды в подвал за неделю набежит, по его подсчетам, достаточно, и тогда он получит полный расчет и уедет из города. Подальше от неприятностей. А в том, что эти неприятности будут, он не сомневался.
Поздно вечером Климов запер дверь котельной, сбросил в угольную яму самодельную лестницу, затем погасил свет и начал спускаться вниз. Если бы заранее было знать, что в подвал так легко попасть, то и с подсобкой возиться не пришлось бы. Столько усилий и времени напрасно потрачено. Климов опять вспомнил растерянность на лице прижимистого завхоза, подумал об остатке гонорара и успокоился.
Он в полной темноте быстро дошел до лестницы, ведущей в подсобку анатомического кабинета, и прислушался. Звенящую тишину изредка нарушали звуки, долетающие сверху. Кто-то из дежурных включил телевизор.
Климов включил фонарь, осмотрелся и направился к толстым ржавым трубам, идущим вдоль стены. Осталось только приложить усилия и открутить кран.
Он представил, какая суета начнется через пару недель, когда подтопленное здание слегка завибрирует. Какой переполох начнется! Сколько комиссий нагрянет. Семину не позавидуешь. Будут искать крайнего.
