– На время посмотри. Дома будут волноваться. У меня и так натянутые отношения с родителями.
– Это все из-за меня?
Костя получил в гардеробе ее короткую куртку и помог надеть.
– Ты ни при чем.
– Давай поймаю тебе такси, – предложил Костя.
– Лучше пройдемся немного, в голове гудит от музыки.
– С тобой все нормально?
– Я с родителями поссорилась, а они не спят, сидят и ждут меня. Как-то неприятно стало на душе. Слушай, давай я поеду домой, а ты возвращайся к ребятам. Через месяц начнется сессия, и тогда всем не до танцев будет, – предложила Елка.
– Что я буду делать в клубе без тебя?
– Ну, как хочешь. Тогда пойдем.
Стрелки на часах показывали полночь, город спал в предчувствии выходных, и только возле ресторана, напротив клуба, стояло несколько мужчин. Елка посмотрела на крыльцо ресторана в тот момент, когда открылась дверь и на улицу вышла пара. Молодая женщина громко смеялась, прижимаясь к спутнику. «Вызывающий смех – это не столько свидетельство плохого воспитания, сколько подсознательное желание привлечь к себе внимание, сказала бы мать», – подумала Елка и остановилась. Мужчина поддерживал под локоток молодую спутницу и что-то ей говорил. Наверное, сказанное женщине понравилось, она встала на цыпочки и поцеловала его в щеку. Мужчина со спины показался Елке настолько знакомым, что она даже остановилась. Подъехавшее к крыльцу ресторана такси закрыло обзор, и она не увидела, в какую машину сел мужчина со своей спутницей.
Максим Гранин выехал из дворика ресторана и посмотрел на часы. Полночь. Хорошо, что он предупредил жену, что задержится допоздна.
Рядом с тридцатилетней Ланой он чувствовал себя моложе на два десятка лет. И этот ресторан, и ее смех, и эта ночь будили самые сокровенные желания. И, махнув на все рукой, он не спеша выехал на дорогу. Город, его город, спал в предчувствии выходных, и только совсем юная пара перебежала дорогу. Худенькая фигурка девушки отдаленно напоминала дочь.
«Счастливые, – подумал Гранин, – ни перед кем не надо отчитываться, ничего не надо придумывать и оправдываться. Любовь оправдывает все».
Лана нежно прикоснулась к его руке, и он сразу забыл о молодежи.
Когда Елка вернулась домой, в квартире стояла сонная тишина, блики от экрана телевизора отражались на камине. Она, стараясь не шуметь, тихонько прошла в гостиную.
– Ты вернулась уже? Который час? – сонно спросила Мария и поднялась с дивана.
– Час ночи. Где отец?
– Отец в ресторане. Нашел каких-то спонсоров для асфальтного завода. Звонил почти час тому, говорил, что скоро будет. Давай, ты иди, ложись, а я еще подожду. Ты не голодна? – Мария подавила зевок и опять легла на диван.
– Спокойной ночи, мамочка.
Елка плотно закрыла дверь своей комнаты и беззвучно заплакала.
Марк никогда не любил ходить в гости. Ему нравилось сидеть за столом, вытянув уставшие за день ноги, и класть локти на стол. В гостях приходилось все время контролировать себя и помнить, что так вести не принято.
Он любил читать и размышлять и не любил слушать пустые разговоры. Юля наступала ему на ногу, и тогда приходилось отпускать свои мысли и кивать головой, тем самым подчеркивая свою причастность к застолью. А потом, вернувшись домой, Юля подолгу на него обижалась.
И только у Граниных он чувствовал себя как дома. И дело было вовсе не в возможности вытянуть ноги и положить локти на стол.
Ужин проходил в тишине. Мария пыталась быть радушной и гостеприимной, но ничего не получалось. Чтобы скрыть свое настроение, она чаще ходила на кухню и больше суетилась за столом: Максиму добавила гарнир, Марку положила мясо, сделала замечание Елке, чтобы та убрала локти со стола.
– Я тоже не понимаю, чего к локтям все цепляются? Почему нельзя сидеть так, как удобно? – вступился за племянницу Казанцев.
– Как работается? – Гранин попытался переключить домочадцев на другую тему.
– Максим, ну что у вас, Граниных, за привычка такая, разговаривать во время еды? И Елка точно такая же.
– Нормальная привычка. На улице двадцать первое столетие, век Интернета и скоростей, а у тебя, мама, как в историческом музее, все замерло и должно быть чинно и чопорно, – не к месту съязвила Елка.
– Ничего у нас не замерло. Где еще наблюдать за скоростями жизни, как не в музее. Есть с чем сравнивать, – отстаивала музей Мария.
– У нас тоже как в музее, правда, Марк?
– Елка, как ты обращаешься к Марку? Почему постоянно на «ты»?
– Ты еще скажи, чтобы я пошла в детскую, – огрызнулась Елка.
– У нас в колледже завелось привидение. Бродит ночами и дежурных пугает, – попытался разрядить обстановку Марк. – Елка, что говорят студенты по этому поводу?
– Говорят – прикольно. В привидение, как и в саму легенду, никто не верит, да и вся эта история притянута за уши. Хотя я бы тоже прикрыла любовницу в подвале. Ну, не так, чтобы она с голоду умерла, но чтобы знала, как мужа из семьи уводить.
