К такой мысли, как ни странно, пришёл Сашка, видя, как груда всяких деталей постепенно превращается в то, что задумано.
Иногда мучительно. Приходилось усовершенствовать чертежи, потом подгонять готовые детали. Часть работы выполняли друзья Артёма из автосервиса. Бесплатно. Часть работы помогали делать в мастерских института, где работал Василий Михалыч. Но за материалы приходилось платить. И благодарить тоже приходилось. Сколько и как тратить денег, решали вместе с Михалычем.
Записывали всё до копейки.
Сашка снова и снова перелопачивал кучу информации о материалах и составляющих, ища лёгкие, прочные, надёжные. И дешёвые.
Те сто тысяч, которые выделила семья Артёма, разошлись. Ещё пятьдесят дали родители Мары.
Ещё приходилось Сашке и в школу ходить.
Как ни странно, но Сашке вдруг стало легко и в школе. Даже с уроками. Среди трояков стали появляться четвёрки.
С одноклассниками тоже стало легче. Просто у Сашки теперь было что-то своё. Опора появилась, дело.
А люди… Люди, какими бы они ни были, умными или дремучими, или даже враждебно настроенными, или просто глупыми – люди всегда чувствуют, что у человека там, внутри, за его красивой или не очень красивой оболочкой.
Слабость там – будут клевать. Насмехаться. Реже – постараются помочь.
Интерес там – будут разочаровывать. Реже – заинтересуются сами, тоже станут искать. И будут уважать за поиск.
Если там сила – начнут пресмыкаться. Реже – будут по-настоящему уважать. Если сами захотят стать сильными, то не будут делать этого за счёт другого.
К таким выводам пришёл Сашка, размышляя обо всём, что с ним происходило. Наверно, мама была бы довольна.
Если бы он сейчас мог с ней поговорить!
Не тогда, несмышлёным малышом, а сейчас, после всего, что свалилось на его голову!
Месяц работы над экзоскелетом пролетел незаметно.
По выходным Мара приходила в гости к своей тёте, и Сашка мог встретиться с ней за чаем, за вкуснющими пирогами тёти Жанны.
За столом сидели с Артёмом и с тётей Жанной, вели весёлые разговоры. Появлялся и Ашот, брат Мары. Он встретил Сашку как старого приятеля и выразил желание помогать «на самых тяжёлых работах». Сашка определил Ашота к ребятам из автосервиса, которые монтировали поддержку на потолке.
Артём оказался замечательным рассказчиком. У него в запасе было множество историй и анекдотов.
Сашка смеялся, но сквозь смех всегда чувствовал что-то: досаду, жалость, сочувствие. Почему же благая Божья воля так поступила с этим замечательным, весёлым парнем?
«И вообще! – думал Сашка. – Почему, почему, почему? Почему свела Божья воля его, Сашку, с Марой, Ашотом и с этим парализованным парнем? Ведь не зря же! Он хотел сделать экзоскелет и встретил Артёма. Почему? Не просто же так? Что надо делать, когда много вопросов и нет ответов? То есть, что надо делать, когда недостаток информации? Искать информацию. Принять данность как некую аксиому, как в математике. Сказать себе: „Принимаю как благо, пока нет информации, чтобы подтвердить факт или его опровергнуть“. Вот тебе и Божья воля, как её не назови. Но мама… мама, мамочка, какая же ты трудная аксиома…»
Однажды после школы Сашка один пришёл к Артёму доделывать крепления.
Артём неожиданно спросил:
– Саня, ты извини… Я вижу, наша Мара тебе нравится? Ты так смотришь на неё… как я когда-то смотрел на свою будущую жену.
Сашка смутился немного, но всё-таки ответил:
– Да.
Артём некоторое время помолчал. Вздохнул:
– Не знаю, как сказать тебе. Но сказать надо. Ты послушай – конечно, я не указчик тебе, но уж это дело проверено-перепроверено…
– Что-то ты темнишь, Артём! Не люблю далёких подходов, – отозвался Сашка.
– Да я не темню. Конечно, армянские девушки – красавицы, не влюбиться невозможно! Но… – мялся Артём.
– В чём дело тогда? – спросил Сашка. – Ты говори напрямую, я выдержу.
– Влюбиться можно, сердцу не прикажешь. Но лучше Маре выходить замуж не за тебя. Ей лучше выходить замуж за армянина. Родители могут ей просто не разрешить за тебя замуж выходить. А тебе, Саня, надо жениться на русской.
Сашка ожидал чего угодно, только не этого. Он вообще ни о каких национальностях не думал. И ни о какой женитьбе пока не помышлял. Даже и близко.
Но то, что сказал Артём, задело его. Ведь были… появлялись у него такие мысли, что он мог бы всю жизнь прожить с таким человеком, как Мара. С такой девушкой, с такой женщиной. Ну и ещё были разные мысли, которые касались Мары, от себя их не скроешь.
Мысли были, только и всего. Хотелось обнять Мару, поцеловать… Но он пока не решался. Никак не мог подступиться, боялся, что Мара его оттолкнёт, а потом…
Нет, только не ссориться с Марой!
– А что? – наконец, спросил Сашка. – Почему?
– Сам не понимаешь? – вздохнул Артём. – Хотя да, я всё время забываю, что ты ещё мальчишка. Тебе сколько?
– Пятнадцать.
– Ну…
– Только без «ну», – не согласился Сашка. – Давай, излагай. Будет и шестнадцать, и восемнадцать будет.
– Хорошо, – согласился Артём. – Понимаешь, семья есть семья. В семье часто бывают ссоры, несогласия всякие. Мужья и жёны как только не ругаются.
– Это мне понятно, – усмехнулся Сашка. – Чего уж тут не понять.