Можно сказать, поддержал неожиданно для себя, потому что Наташка говорила правду.
– Да, – согласилась Наташа. – Уйду. Или заболею. Так, что никто не вылечит.
Оба они услышали слова Наташи. Оба, и отец, и сын.
«Мама! – ударило в сердце Сашки. – Никто не вылечил…»
Видимо, отец подумал что-то подобное. Он протёр глаза и провёл руками по лицу, как будто умылся. А потом обнял одной рукой Сашку, сидевшего рядом:
– Давай, Саня. Это… кроме шуток. Конструируй свой экзоскелет. Выигрывай! Если что – мы с Наташкой будем очень рады! Да, Наташка?
– А то! Саша, ты прославишься, и я напишу твой портрет! Его купит Третьяковская галерея. Или Русский музей.
– Замётано! – подтвердил отец.
– Подожди! – вдруг тяжело поднялась с места беременная Наташка. – Ты говоришь, как мышцы крепятся… Я тебе сейчас кое-что покажу!
Наташка пошла в свою комнату и через минуту вернулась с огромной книжищей, которая называлась «Рисунки старых мастеров».
Пролистала несколько страниц… Между страницами пришлось ещё пролистывать тонкую папиросную бумагу. Сашка впервые видел так устроенную книгу.
От такой книги хотелось заговорить шёпотом.
И вот…
Сашка увидел мастерски нарисованные мышцы вокруг коленного и голеностопного суставов, мышцы стопы, кисти руки. Да, он раньше смотрел анатомию в учебнике и в интернете, как советовал ему Михалыч. Но здесь…
Вдруг стало понятно, видно. Но совсем по-другому.
– Здорово! – не сдержался Сашка.
И попросил:
– А это… дай мне эту книжку, я её подробнее рассмотрю. Классно как нарисовано!
– Конечно, – заторопилась Наташка. – Это же великий Леонардо да Винчи… и другие титаны Возрождения.
Да Винчи или не Да Винчи… «Титаны и Титаники»… Хотелось Сашке сказать ещё что-то… Но слова улетучились. Осталось только тепло отцовской руки на его плечах.
И толстая Наташка с огромной книгой. Наташка, которой нельзя запретить рисовать.
Да… всё вроде бы начало складываться, кроме школы. Со школой оставалось туговато. Трояки и точки – джентльменский набор Сашкиных оценок с места почти не сдвинулся. Особенно огорчала математика. В математической школе программа трудная, задачи надо решать, примеры – тоже.
Кроме того, отношения в классе и сами одноклассники теперь казались Сашке просто филиалом детского садика. Словно все сидят в большой песочнице и стараются забрать друг у друга машинку или совок.
А ещё друг перед другом хвастаются:
– У меня пуговицы на курточке блестящие!
– У меня ленточки в косичках красненькие, а у тебя – синие какие-то!
– Мой папа водитель трамвая! Он меня катает каждый день! А твой папа… твой папа… ты сам не знаешь, кто твой папа!
– У тебя вообще нет папы!
– Есть! Только он в командировке, в космосе!
Ну и так далее.
Сашка получал свою положенную порцию насмешек и подколок. Но он теперь был к ним готов.
Спасибо, дядя Вася. Жизнь не продумаешь всё равно, но к паре очевидных вариантов морально подготовиться можно. Главное – чтобы внутри у тебя всё было спокойно.
Что-то определённо произошло. Укрепился. Думай, голова…
С того момента, как ноги принесли его в культурный центр «Мелодия» и Василий Михалыч встретил его, как будто он уходил на один день.
С того момента, как Мара кричала брату: «Не бей его по голове, он конструктор!»
С того момента, как Наташка… да, отцова Наташка сказала: «Запрети мне рисовать…»
Со всех этих моментов, после которых он, Сашка, понял, что делает правильно, делает именно то, что нужно, делает то, к чему приспособлена его голова.
Со всех этих моментов оно и произошло.
Это здорово!
Это здорово, это прекрасно!
Делать именно то, к чему приспособлены душа и мозги! Тогда и насмешки воспринимаются так, как укусы комара. Почесал и забыл.
А если кто-то близкий не понимает и отвергает?
Труднее, да. Но можно вытерпеть. Поймёт. Скорее всего. Пусть не совсем, пусть не до конца. Почему? Потому что он, твой близкий, как и ты, не обладает полнотой информации. Если что – помогут дровосеки. Твои собственные, личные.
Тоже вариант.
А если вдруг что-то делаешь и проиграешь?
Трудно, да.
Но можно вытерпеть и продолжать дальше.
– Слышь, робот! – На горизонте появляется бывший друг Воробей. – А какой гонорар получает главный конструктор?
– Тебе, троечнику, не сосчитать!
Вокруг захихикали. Над Витькой, надо понимать. Слишком уж он многих достал своими шуточками.
– Сам троечник! – не нашёл лучшего ответа Витька.
– Я-то нагоню за неделю, а ты как был троечником, так и останешься.
– Браво! – прозвучало от кого-то из одноклассников.
А вот горизонт закрывает Эдик Тимошенко:
– Ну… И что, получается что-то? Бегают роботы?
– Бегают.
– А какие?
– Не могу говорить – военная тайна. Новые разработки по госзаказу. Для оборонной промышленности.
– Классно! А не врёшь?
– Не-а.
И народ вокруг повторяет:
– Ого! Здорово! Молодец! А не врёшь?
– Вру. Самую малость.
– Ха-ха-ха!
«Главное – сохранить серьёзный вид. Солидный. Вот! Кушайте с маслом и без!» – думал при этом Сашка.
Но народ понимает и смеётся. Это смех добрый, без подколок и обид.