Сашка словно разговаривал сам с собой. Сказал и сам себе ответил: «Ну, и ничего. После колледжа поступлю. Потому что до окончания одиннадцатого класса я так не дотерплю. Целых два года терпеть! С отцом… противный разговор получился. Он же вроде бы с добром пришёл… Но он всегда так: приходит добрый, а потом срывается. Начинает ругаться. Не знаешь, к чему прикопается, каждый раз что-нибудь новенькое. Может, он чувствует, что сам виноват, и нападает, чтоб прощения не просить? Нет, вряд ли он хочет прощения просить. Он хочет, чтобы я это прощение просил. Чтобы я „эту“ признал, улыбался ей и всё прочее. Может, он хочет, чтоб я её ещё и „мамой“ называл? Не дождётся!»
Тут Сашка почувствовал, что злой комок снова подкатывает к горлу. И он заставил свои мысли повернуть в другое русло. Привет, дядя Вася!
«А если бы я стал думать, какой бы разговор получился? Попробовать, что ли?» – Сашка усмехнулся про себя.
Начнём:
– Привет. Как дела? (Это отец.)
– Нормально. (Это я.)
– Что в школе?
– Ничего особенного.
– Что ж ты даже не переоделся? Валяешься тут одетый.
– Устал.
(Вот, вот здесь. Можно по-другому. Только надо спокойно ответить.)
– Устал. Сначала в школе была подготовка к ОГЭ. Потом я зашёл к Василию Михайловичу.
(Отец раньше относился к робототехнике и к Василию Михалычу скорее равнодушно, чтоб не сказать, что отрицательно. Называл робототехнику «детскими игрушками» и даже «игрой в куклы». Это мама любила Сашкину секцию. И болтать с Михалычем любила.)
– Чего это тебя снова к Михалычу понесло? Вроде ты уже закончил с «детскими игрушками»? (Отец это спросит, причём обязательно!)
– Да так. По старой памяти.
(Хоть и обидно такое слышать, но можно стерпеть.)
– Ты ел? А то пошли, составишь компанию нам с Наташкой.
– Я ел…
(А-а-а! Опять Наташка! Не могу! Надо отвечать!)
– Ты живёшь отдельно… со своей… У вас своя жизнь, а у меня своя!
(Лучше получается не так, как в первый раз… Нет никаких дров и вагонов. Ни цирков с конями. Но когда я разговариваю чуть помягче, отец всегда начинает про «свою Наташку»… Тогда продолжим.)
Он:
– Никак ты не можешь понять, Саня. Наташа тебе не враг. Да, она не такая, как мама. Но ты же мне доверяешь? Я её выбрал, понимаешь? Я всё делаю, чтоб у нас была семья!
(Нет… Не всё ты делаешь для «всех»… Ты делаешь хорошо, но для себя!)
– Ты думаешь, у тебя есть семья? У меня семьи нет.
(Здесь отец точно не выдержит.)
– Да ты… Что ты в жизни понимаешь, сопляк!
(А вот здесь мне… очень обидно. Здесь – я не выдержу!)
– Дай мне девятый класс закончить, и я уйду! Хоть куда! В любой колледж уйду, лишь бы там общага была! Лишь бы не с тобой и не с твоей… «этой»!
– Ну, что ж. У нас ещё есть время. Конечно, я хотел бы, чтоб ты поступил в институт. Голова-то у тебя хорошая.
– Да дураку досталась, говори уже, как всегда.
Отец так говорит всегда. Но вот отец говорит нечто неожиданное:
– Кому досталась – тому и досталась. Тот её и носит. Но если уж тебе так невмоготу, можем рассмотреть вариант с колледжем.
(Ха, вот это поворот! Вот это я сам себя уговорил-приговорил-наговорил! А папуля-то… взял и согласился! Нет, хорошо, что я это всё придумал!)
Тут Сашке стало, можно сказать, смешно.
– Вот это варик! – сказал он сам себе вслух.
Здесь, в этом варианте, отец вроде как соглашается с ним, только вот вопрос: а ему самому, Сашке, надо, чтоб отец так легко согласился?
А ведь может и согласиться…
Может, отцу тоже невмоготу, как и ему? Отец спит и видит, чтобы он, Сашка, свалил куда-нибудь?
«Ничего себе!» – подумал Сашка.
В это время в его дверь неуверенно постучали. «Она!»
Да, на пороге стояла новая жена отца. Материализовалась!
– Саша, пойдём чай пить. Папа купил эклеры. Пойдём. Давай!
В Сашкиной голове пронеслось: «Вариант первый: „Да пошла ты!“ Вариант второй: „Не хочу, я наелся! Меня папаша уже накормил своей руганью“. Вариант третий: „Оставьте мне пару штук, я потом поем!“ Вариант четвёртый: „Сейчас“. Вариант пятый: „О, мои любимые! Бегу с удовольствием!“ Ну, дядя Вася! А классно же! Если успеешь, конечно. Так, выбираем четвёртый вариант. Попробуем…»
– Сейчас, – ответил Сашка, вставая с кровати.
Чай пили сначала молча.
«Влезла в чужую жизнь и сидишь тут, эклеры ешь!» – так думал Сашка, но как-то вяло думал. В голову в основном лезли мысли о задуманном деле.
Совесть Сашки начал беспокоить дядя Вася. Словно говорил, что ему, Сашке, пора заканчивать с эклерами, а следует взяться за изучение того, что уже сделано другими конструкторами по экзоскелетам.
Эклеры поглощались, но мысль Сашки отвлеклась от семейных дел и витала далеко от стола.
– Интересно, как можно облегчить экзоскелет? – вдруг вырвалось у Сашки. Вслух. – Если делать перфорации, надо проверять, не согнётся ли от веса…
Сашка давно прочёл, сколько экзоскелет может весить в зависимости от конструкции. Эти цифры казались ему слишком большими, ведь все килограммы должен таскать на себе больной человек! И чем тяжелее аппарат, тем больше энергии будет уходить на каждый шаг…
И отец, и «она» разом остановились.