Видимо, пока Сашка думал о своём, разговор взрослых улетел куда-то далеко, и сказанное Сашкой прозвучало совсем невпопад.
– Экзоскелет? – переспросила «она». – А что это такое?
– Забиваешь себе голову ерундой, – сказал отец. – Всё в куклы играешь. Целые институты работают над всякими роботами, а тут ты, весь такой гениальный. Без тебя не изобретут!
Лучше бы отец этого не говорил.
Сначала Сашка хотел ответить отцу. Но…
Ох, как много всяких неожиданностей переплетается в человеческой жизни!
Ведь на робототехнику Сашку отвела мама. Мама… Воспоминание о маме нахлынуло быстрой волной. Сашка вдруг представил себе, что ответила бы ему мама, если бы он начал рассказывать о том, что хочет сделать и как.
Она сказала бы: «Да, сынок, в мире есть очень много талантливых людей. И даже гениальные встречаются. Но пока они малы, даже гениальные часто этого не знают. В человеке может скрываться огромный потенциал. Пока не попробуешь, не узнаешь. Дерзай! Самое время, чтобы понять себя!»
Мама бы так сказала, потому что она частенько так говорила. А все критические заключения отца превращались при этом в шутки, в противоречия, которые не мешали главному. Мама бы его, Сашку, услышала.
Да… мысль гораздо быстрее человека. Интересно, с какой скоростью летит мысль? Кто-то измерял или нет?
Сашка медленно посмотрел на отца. Потом – на «неё».
Она что-то почувствовала. Сжалась как мышка, но не произнесла больше ни слова.
И тогда Сашка молча грохнул чашкой о блюдце. Чай выплеснулся. Чашка треснула. Ручка у чашки отвалилась и упала на кухонный пол, жалобно звякнув.
Жалко чашку.
Жалко чашку…
– Псих! – вскочил отец. – Ты псих натуральный! Тебе снова в санаторий надо!
– Ага! – вскочил и Сашка. – С глаз долой – из сердца вон! Давай, определяй! Можешь сразу в психушку меня затолкать и всем потом рассказывать, что тебе сын неудачный попался. Но ничего, вы себе нового сына родите, который будет пай-мальчиком! Он будет вас слушаться и не будет вам мешать!
– Саша, остановись, пожалуйста, – вскочила и «она».
– Что, тебе я тоже мешаю? Я же к тебе в мастерскую не лезу! Или прийти к тебе, всё чёрной краской раскрасить? А «я так вижу», между прочим! Так у вас, художников, говорят? Или я из-за вас вообще ничего видеть не должен?
– Саша, никто… никому… Саша, кто тебе запрещает, Саша… Саша, я тебя прошу… – шептала «она».
– Псих! Придурок малолетний! Сколько можно?! Я больше не могу! – это кричал отец. – Ты не понимаешь ничего! Ты…
Кажется, отец проглатывал что-то непечатное. Не в первый раз. Иногда и вылетало. Но не впечатляло.
– Саша, я прошу… – шелестела «она». – Серёжа, не надо…
Короче, чаепитие удалось.
Снова Сашка лежал на кровати, уже под одеялом, раздевшись.
«Эх, дядя Вася, дядя Вася! – думал Сашка, засыпая. – Наверно, про „сначала думай, потом делай“ – это такая сказка. Это, может, в сказках бывает, а в жизни все мысли только потом. Когда всё заканчивается, начинается „разбор полётов“. И то… Может, мама мне могла бы что-то объяснить, но мамы нет. И не будет. Надо как-то жить… в колледж уходить, пока крыша не поехала…»
Уличный фонарь освещал ещё голые деревья. На пол ложилась сказочная тень в световом квадрате окна.
«Что бы мама сказала? Вот! Она бы сказала про разведчиков! Однажды она так сказала, когда я ещё маленький был, и мы с ней играли в шахматы. Как она говорила?» – Сашка начал припоминать и вспомнил. Мама говорила про то, что шахматисты и разведчики могут думать на три хода вперёд и даже больше ходов. Но это же разведчики!
Она сказала: «Если разведчик не будет продумывать свои действия на несколько ходов вперёд и не будет при этом готов ко всяким неожиданностям, его сразу вычислят. Поймают, будут пытать, мучить. Скорее всего, убьют. Но, понимаешь, человека этому специально обучают. Помимо того, что у человека должен быть подходящий ум и сила характера».
«А что, силу характера и ум тоже тренируют? – это я тогда спросил. – Так, как силу рук? А как отжиматься головой?»
Сашка вспомнил, как они с мамой тогда смеялись. Маме очень понравилось «отжимание головой»…
Мама. Мама, где ты?
Опять не получилось сначала подумать…
На этом воспоминании Сашка и заснул.
Школу на завтра никто не отменял. К урокам он даже не притронулся. По уважительной причине. Времени не хватило. Безуспешно пытался «отжаться головой».
В школу Сашка раньше ходил с удовольствием. Его уважали.
Он получал на робототехнике грамоты и призы. Участвовал в выставках. Учителя называли Сашку будущим «генеральным конструктором». Одноклассники не возражали. Особенно после того, как грамоту вручали торжественно на каком-нибудь празднике.
Он сам… Ну, если честно, видел себя то Сергеем Павловичем Королёвым, конструктором ракет, то ещё кем-нибудь. Правда, дядя Вася говорил, что жизнь Королёва была очень сложной, и обещал, что обязательно ему, Сашке, многое расскажет.
Потом.
Но кого и когда пугала чужая трудная жизнь!
Когда Сашка учился в седьмом классе, мама начала болеть. У мамы нашли онкологию. Рак. Очень быстро, за полтора года, мама умерла.