- Та ночь с гончими... Зачем ты спасла от них и оставила в снегу? Чтобы я замерз и умер?
- И да, и нет, - простодушно ответила Кайлер. - В то время во мне еще боролись два противоположных начала: наказ остановить тебя и чувства к тебе. Но я не могла сделать окончательный выбор. Я убила гончую, которая вернулась за добычей, и, положив тебя рядом с еще теплым телом зверя, доверила твою судьбу Низверженному, чтобы Он решил очнуться тебе или замерзнуть!
Алиса вновь прильнула ко мне и горячо зашептала на ухо:
- Он выбрал для тебя жизнь! Ты мой! Ты в Его длани! И Он хранит тебя! Когда Укил превратился в чудовище, я снова была рядом, а Он всегда ведет меня.
Мне стало не по себе. Глупо бояться как-то неизвестного Низверженного, но если обнимает его слуга и шепчет, что я в его руках? При том, что я точно знаю, что слова Алисы не расходятся с делом: она убийца, она избранная и владеет черной магией, её боятся жуткие создания из Запустения, и она говорит, что я руках её божества!
- А мертвая девочка?
- Нет, то твое собственное невезение.
Алиса беззаботно рассмеялась. Меня же проняла дрожь от воспоминаний о маленьком упыре с черной челкой на глазах. Но, дьявол! Хватит прошлого!
- Так что же теперь!
Лицо девушки сделалось серьезным:
- Уходи! Уезжай из Загорья! Забудь о Запустении! Твоей клятвы больше нет!
- И что потом?
- Потом я найду тебя!
- А, если я не отступлюсь и пойду в ваше логово за кольцом?
- Зачем оно тебе? - Алиса посмотрела на меня с вдруг вспыхнувшей злостью.
- Ответь, что будет, если я не послушаю тебя?! - мне захотелось схватить её за плечи и сильно встряхнуть. Чтобы вытрясти всё, что было в ней от убийцы.
- Я обязана остановить тебя и я сделаю это! - выпалила она.
- Убьешь меня?
- Сначала я убью всех, кто будет вокруг тебя. Одного за другим, а потом и тебя. Да, тебя.
Мы разговаривали почти в полной темноте. Не слезы ли на её глазах?
- Если вы забредете в лес слишком глубоко, я не смогу противиться властной воли. Я убью и тебя.
Алиса опустила голову, её плечи осунулись. Она говорила правду.
- Откажись! - девушка резко вскинулась, отпрянув на три фута. - Послушай меня!..
За углом вдруг раздались голоса.
- Эй! Гард! Ты там?
Толстяк Рой искал меня. Через несколько ударов сердца он окажется здесь, отсвет факельного огня уже виден у края бревенчатой стены.
- Откажись! - взмолилась Алиса. - Иначе тебе не жить! Ночные крысы однажды перешли ему дорогу! Он не Низверженный, но очень силен. Не иди к нему! Что ты сможешь один, когда он покончил со всеми вами!
- Кто он? Алиса! Кто? - у меня перехватило дыхание, сердце заколотилось в бешеном ритме.
Алиса отвернулась, я потянулся, чтобы схватить её за руку, но девушка исчезла. Растворилась в ночи в одно мгновение.
- Кто? Кто? - в отчаянии шептал я.
- Да вот же наш Николас! - радостно объявил Рой.
Уже навеселе. За толстяком бубнили двое орков, тоже выпившие. Укромное место наполнилось пьяным гоготом.
- Пошли, Гард, выпивка стынет! Тебя ждет!
Я последовал за ним. Акан и орки смеялись, что-то говорили, а я ступал словно во сне. В котором воздух стал вязким, давящим на плечи и приглушающим все звуки вокруг. Убеждая меня, Алиса достала из рукава последний козырь. Неужели она думала, что, упомянув о том, кто уничтожил ночных крыс, испугает последнего их них? О, Харуз! Клянусь пред тобой своей бессмертной душой! Я найду логово этих сиятельных и того, кто уничтожил Старика и остальных!
Теперь я знаю, где он прячется! В сердце Запустения!
Еще вчера я мечтал забыть о Фоссе, Антуане де Сош и перстне Бога Сына! Еще несколько минут назад я говорил Алисе, что не пойду в Запустение исключительно из-за ослиного упрямства. Отныне все иначе! Ночные крысы будут отмщены!
Назад дороги нет! Впереди Запустение!
Эпилог
Запретная магия вернула дух убитого в остывшее тело. Положенный на дощатый пол посреди тускло освещенной комнаты мертвец открыл глаза, поднял туловище и обратил лицо к Нуроггу. Дабы ответить на вопросы командира дорнокской сотни орков.
В распоряжении Нурогга имелось немного времени, в двести ударов сердца, но он вопрошал далеко не в первый раз. Он вызнал все, что хотел, и успел привязать к себе нить к убийце. Каждый, кто отнимает чужую жизнь, оставляет отпечаток на душе убитого. Призраки не могут лгать, и расскажут вопрошающему все, что тот пожелает узнать, а ищущий сорвет и впитает в себя частичку черного пятна, проступающего по краям смертельной раны на мертвом теле в момент призыва.
Нурогг был и вопрошающим, и ищущим одновременно. Редкий Дар.
Время призыва истекло. Тело сидящего на полу мертвеца обмякло и рухнуло бы на дощатый пол, не придержи его Нурогг за плечи. Орк бережно опустил мертвого наземь.
- Спи с миром, - хрипло произнес орк. Тяжело прощаться с младшим братом.
Когда Нурогг поднялся, чтобы выйти во двор, лицо орка сделалось каменным, не выражающим эмоций. Но взгляд сотника и мага по-прежнему выдавал его чувства. Нурогг жаждал мести! Взор Нурогга, высокого, крепко сбитого, в самом расцвете сил орка излучал свирепость.
