— Боюсь, что вынуждена отказаться. От парадного. Вот эта поездка, она была так утомительна! Но если вы будете столь добры, то я бы не отказалась от приватного ужина. Пока мальчики подготавливают стены и город к обороне.
«Мальчики» усмехнулись.
— Могу ли я сегодня тоже побыть мальчиком? — уточнила Анна, прищурившись.
Белоснежка вздохнула и одарила невестку тёплой улыбкой:
— Мы были бы рады видеть вас с нами, но если вы так хотите…
— Ань, — вмешался Марион мягко, — давай ты дашь нам с пацанами возможность померится всяким разным? Я, конечно, про рыцарей, лошадей и всякие железки. Нам при тебе будет неудобно. А завтра я сам тебе всё покажу? Все эти котлы, катапульты, всё, что пожелаешь.
В его голосе звучала едва прикрытая нежность.
Позже, когда три грации возлежали за низеньким накрытым столом по античному обычаю, и лакомились засахаренным виноградом, щербетом и прочими вкусностями, Белоснежка, лукаво взглянув на Аврору ярко-синими, сказала:
— Признаюсь, я была удивлена известию о вашей помолвке с Кретьеном де Равэ.
— Отчего же? — суховато уточнила Аврора.
— Ну… очень быстро. Вы едва проснулись и не успели оглядеться даже, чтобы понять, за кого вам хочется выйти замуж.
— Я принцесса.
Кроме них в уютных покоях под стеклянным куполом никого не было, отпустили даже служанок.
— Тем более, сестричка. Тем более. Одно дело, простолюдинка: был бы жених добр и хоть как-то обеспечен. Другое: наследница королевства. Конечно, с принцами у нас не то чтобы густо. Последний потерял голову от нашей Анны, но… Есть ведь и другие знатные и влиятельные особы. Вы не подумайте, что я вам выговариваю: ваша свадьба — это только ваш выбор…
— Не только, — проворчала Аврора и тут же раскаялась в своей откровенности.
Белоснежка быстро глянула на неё поверх кубка вина.
— Иными словами, вы не очень-то и рады? — прямо уточнила Аня. — А может даже выбрали за вас? Ведь у вас на момент пробуждения не было ни армии, ни казны…
Аврора нахмурилась:
— Думаю, я не готова обсуждать эту тему…
— Конечно, — мурлыкнула Белоснежка. — Простите нас, Аврора, за бестактность. Давайте выпьем за женскую дружбу?
Они стукнулись золочёными кубками и выпили.
— Знаете, — продолжала Белоснежка, — я — единственная дочь моего отца. У меня с детства не было ни братьев, ни сестёр. Если не считать двоюродного брата, но Бертрана никогда не было дома, так что… И, конечно, детство уже не вернёшь, но я так рада вам обеим в моей жизни! Пусть мы не кровные сёстры, но можем стать подругами. Аврора, вы только начинаете голгофский путь на трон, а Аня, например, вообще отказалась от этого эшафота… то бишь, почёта. Извините, оговорилась. Я же уже почти семь лет как королева. Я начала править, когда была почти совсем ребёнком, и очень многое прошла. Моего отца отравили. Мне не на кого было опереться. Самые близкие люди прятали за спиной яд или кинжал. И вокруг Эрталии были одни враги — воинственный Андриан Родопсийский, жадный герцог де Равэ, блюститель трона Монфории. Вы простите, что я так откровенничаю, да? Мы же можем быть откровенны, наконец?
— Можем, — кивнула Аня.
Аврора лишь улыбнулась. Она понимала, что эта откровенность была тщательно взвешенной и продуманной, но… Белоснежка явно искала союза. А союз с объединённой Эртало-Родопсией… определённо стоил толики откровенности.
— Так вот, — продолжила королева, — когда Гильом стал моим мужем и союзником, я поняла, что отныне уже не одна против всех. Вообще впервые поняла, что значит быть не одной. И сейчас я предлагаю вам союз, сестрицы. Этот мир принадлежит мужчинам, а женщине в нём отведено определённое место. И если тебе достался супруг, который ценит и любит тебя, то тебе несказанно повезло. А нет, значит…
— Союз против мужчин? — с любопытством переспросила Аня.
— Против всех, — серьёзно ответила Белоснежка. — Неважно, кто наши враги: сильные мира сего или их любовницы, матери, сёстры. Все, кто будут пытаться одержать вверх и подмять нас под себя.
— Я согласна, — усмехнулась Аврора.
Ей вдруг стало весело и тепло. Они снова выпили. Белоснежка, раскрасневшаяся и помолодевшая, снова заговорила убеждённо:
— Нам делить нечего. У меня — Эрталия. У мужа — Родопсия. У тебя, Ро, Монфория. Аня так вообще певец свободы. Мы так себе враги. А вот союзницами будем великолепными!
Аня потянулась к ней и обняла:
— Дай я тебя поцелую. Один за всех и все — за одного!
Они расцеловались.
— У меня конь летающий есть. Чертополох подарил. Я вас потом покатаю.
— Летающий конь? — изумилась Аврора.
Она чувствовала себя счастливой, пьяной, и душу затапливало предвкушение чуда.
— Да! Между прочим, Элис у меня его брала, чтобы тебя разбудить. Иначе не долетела бы!
Белоснежка нахмурилась, словно пытаясь что-то вспомнить.
— Элис?
— Подруга Ноэми. Дочь коменданта… этого, как его… коменданта Маленького города.
— Падчерица Сессиль? Вот же…
Аврора в изумлении распахнула глаза. Она не думала, что такая милая Белоснежка может так непотребно ругаться. Аня расхохоталась.
— Элис довольно милая девочка, — поторопилась заступиться за несостоявшуюся подругу монфорийская принцесса.
