Зачем ты говоришь самому себе о том, что прекрасно знаешь и сам? Или ты «знаешь» о чем-то лишь постольку, поскольку сам себе «сказал» об этом? Но ведь если ты доподлинно не знаешь о чем-то, то как ты можешь говорить об этом и притом утверждать, что сказанное тобой себе самому – непреложная истина, единственно возможный порядок вещей? И вообще, почему ты так уверен, что это именно ты говоришь самому себе в своей голове, а не кто-то другой или – другие, кто «подселился» туда, в твое подсознание (а подселиться кто-то должен непременно, ибо ты постоянно в течении жизни получаешь информацию об окружающем тебя мирке, куда ты был рожден, и рожден без каких-либо вообще представлений о мире, и, кстати, рожден даже не по собственной воле, а так «сложилась судьба», – и притом вся эта информация получена тобой из чужих уст, которые получили ее из чужих уст, которые получили ее из чужих уст…)? И теперь все эти, кого занесло тебе в ухо в процессе получения тобой информации, нашептывают тебе, подстрекают, вдохновляют, пропагандируют в угоду каждый своих интересов, а ты, безвольный кусок мяса, бесприкословно им подчиняешься, будучи полностью уверен, что мысль, возникшая в твоем уме, именно твоего производства и нацелена на достижение именно твоего личного блага. Я хочу сказать лишь то, что нет в мире людей какой-то единицы, личности, отдельно взятого характера, есть только нечто среднестатистическое, выведенное из математической формулы распространения и скапливания знаний в определенных геополитических зонах. Но я, как твой Создатель, хочу, чтобы ты нашел себя. Чтобы ты вышел из общей массы напиханных в тебя «чужих людей». Чтобы ты предстал предо мной как единичный продукт, оригинальная версия, уникальная, ни с чем не сравнимая Личность. Потому как только при таких обстоятельствах у тебя как главного героя появится возможность совершить нечто экстраординарное, выходящее за рамки жанровых правил, а вместе с тобой и эта история про тебя выйдет из шеренги заурядных скукотеней…
«Ой, хватит, прекрати, не грузи меня. Мне в школе тоже втюхивали столько умностей, которые в жизни никогда не пригодятся, так папа сказал. Какое значение может иметь все то, что ты мне тут наговорил?..»
Я сказал – и ты услышал. Теперь это навсегда имеет для тебя значения, как бы ты не хотел обратного.
«Ладно, я спрошу, только отстань от меня с этой чепухой, договорились? Гхм. Кто здесь, у меня в голове?»
…
…
…
…
…
…
…
«Тишина. Нет никого… Эй, слушай, хватит меня дурачить! Ты совсем как Ворон. Этим вы, кстати, очень похожи…»
Чтобы услышать себя, как раз и нужна эта тишина… Ну, ладно. Не буду. Не злись. Сдается мне, ты проголодался. Ты не ты, когда голоден, слышал такую рекламу? Глянь, шкала Здоровья опустилась ниже плинтуса. Жандармы успели тебя знатно покромсать за время погони. Раны твои так и кровоточат.
«Мне есть нечего. Все запасы кончились».
Возьми вот это.
Впереди, в сухих зарослях степной травы, показалось большое гнездо. Мобы, которые свили его, бродили тут же, неподалеку: это были большие создания, похожие на страусов, но с глазами на длинных торчащих вверх стебельках. Природа отняла у них способность летать, но возместила хорошим обзором и зубастым клювом.
Стрелец неуверенно прицелился. Птицы, заметив угрозу, насторожились и готовились к ответной атаке.
Не стреляй. Подойди к ним. У тебя Аура Друга Животных, забыл?
«Ну да, точно».
Он опустил оружие и с опаской начал подбираться к хищным птицам. Те смотрели на него неотрывно и напряженно, и даже приняли боевую стойку. Клювы плотоядно оскалились, маленькие крылья растопырились и махали, будто прогоняя чужака.
Не бойся.
Когда он приблизился к ним на радиус действия Ауры, напряжение спало. Птицы вернулись к своим спокойным делам, а подростки и детеныши даже приластились к гостю.
«Прикольно! – Стрелец гладил пернатые спины нежно-желтого окраса. – Как они называются?»
Я их только что выдумал и не успел назвать.
«Давай они будут… желтыми длинноглазами!»
Божечки… желтые длинноглазы… хотя пофиг, давай.
Он залез в гнездо желтых длинноглазов. Птичья жилплощадь напоминала бассейн шесть на шесть метров, свитый из ветвей похожего на виноград кустарника. Внутри было много сена, в котором были зарыты помет и кости съеденных животных; на мягких настилах аккуратно уложены были большие пятнистые яйца.
«Предлагаешь яичницу сжарить? Боюсь, птичкам это не понравится».
Загляни в коконы.
В стенках гнезда были свиты странные выпуклости: на вид они действительно напоминали коконы с круглыми окошками. Стрелец подошел к одному и заглянул внутрь.
Эти длинноглазы, как сороки, тащат к себе все блестящее.
В своеобразных хранилищах лежали добытые с трупов убитых аватаров склянки с эликсирами, бижутерия, небольшие клинки и мелкая сверкающая утварь.
