– Сведения, которые я получаю здесь, – снова перебивает Федор Николаевич, – невероятно ценны. Еще никто, понимаете, никто не занимался подобным исследованием. Я двадцать лет писал все эти бредовые и ненужные диссертации, статьи, читал лекции, втирал дурачкам из РАН о нанотехнологиях, генетике, о современном оборудовании, о будущем науки лишь для того, чтобы сейчас заняться по-настоящему важным делом! Добиться финансирования, милочка, не так-то просто в нашей стране. Я здесь не занимаюсь меценатством. Если Александр выживет, это будет моя и только моя победа… Вы уже закончили обход? Тогда давайте приступим.
Профессор вводит пароль в специальную программу. На мониторе возникает 3D модель человеческого мозга. Мыслительный орган разбит на множество секций: от классических полушарий и лимбической системы до самых крохотных, известных пока еще ограниченному кругу лиц. Мощность компьютера позволяет отображать всю структуру мозга вплоть до клеточного уровня.
В свое время Федор Николаевич озадачился созданием русской версии Blue Brain Project и с командой аспирантов собрал дотошный атлас серого вещества. По принципу создания навигационных карт сантиметр к сантиметру изображения высокой точности, полученные из цифрового микроскопа, склеивались на протяжении многих лет. «Макет» принадлежал нескольким совершенно обычным бродягам, даже не подозревавшим, что после смерти им выпадет немыслимая при жизни честь стать шаблоном для суперпрограммы. Завершив работу, аспиранты презентовали мешок с кашей человеческих мозгов мусорному баку для органов.
Впоследствии атлас обрастал подробностями, гиперссылками, статьями; появилась функция изменять определенные участки виртуального мозга-болванки в зависимости от магнитно-резонансной томографии наблюдаемого объекта. Готовая программа, написанная инженерами IT-компании, заняла отдельный жесткий диск. И сейчас в руках профессора находился почти реальный орган Александра, который он мог рассматривать из монитора, будто в микроскоп. 3D модель мозга с эффектом «полного погружения».
– Происходили какие-либо изменения? – спрашивает Федор Николаевич.
– Нет, – отвечает Юля.
– Хорошо. Приступайте.
Медсестра достает из металлического шкафа шлем из тонкого мерцающего материала. В нескольких местах у этого почти магического головного убора свисают щупальца проводов на присосках, питающих микроприборы, нацеленные в точно определенные участки головы пациента. Этот шлем изготовлялся специально для Саши Стрельбина.
Юля не без труда надевает высокотехнологичную шапку на упрямую голову Александра. Подключает проводки. Монитор задумывается и постепенно выводит картинку обновленных данных.
– Пожалуйста, – говорит профессор, – постарайтесь удалять родственников заблаговременно. Они мне тут всю аппаратуру соплями скоро зальют. И передайте это вашим коллегам.
– Хорошо, – кивает Юля.
– И совсем необязательно трезвонить мамам, папам, дедушкам и тетушкам пациентов, особенно в таком положении как Александр, при каждом случае. Прежде всего, посоветуйтесь со мной.
– Хорошо.
– Я вас вызову, если потребуется. Выключите свет.
– Хорошо, – медсестра щелкает выключателем и поворачивается к выходу. Палата погрузилась в мягкое фиолетовое сияние специальных светильников, направленных на пациента.
– Секундочку, Юлия, – останавливает профессор. – Пока вы не ушли. Принесите мне чашечку крепкого кофе.
– Хорошо, – уже в дверях повторяет девушка.
Федор Николаевич надевает на правую ладонь перчатку-«мышь» и отправляется вглубь Александровых, как он выражается, «морей», «материков» и «архипелагов». Остальное уже не могло его волновать.
– Я тебе что, секретарша, чтобы кофе таскать, – шипит по пути в ординаторскую медсестра. – Мудило зазнавшийся.
Профессор тем временем падает в темноту чужого сознания по знакомым тропам. Его волновали наиболее яркие участки затухающего мозга Александра. Федор Николаевич заглядывает в каждую «комнату», собирает сведения активности и заносит их в сводную таблицу. Пересчет данных специальным калькулятором выдает нужные координаты. Но таких координат могло насчитаться несколько миллионов, поэтому в помощь Сорокину был придуман хитрый бот-Проводник, который затем отправлялся по нейронным адресам. Сам для себя профессор окрестил его Вороном – мистической птицей, проводником в иные миры.
