Зоя помолчала мгновение, уставившись на нее. Даже подметать перестала.
— Это неправда! — обиженно сказала она.
Мать только рассмеялась в ответ и, закончив украшать торт, ушла накручивать бигуди.
Чтобы забыть об обидных словах, Зоя начала думать о загадочных письмах и о книге с указанием на тайник. Вот уже несколько недель она делала вылазки в домашнюю библиотеку и искала тот самый томик, о котором писала в письме к деду Василию бабушка Валентина.
«Интересно, эта книга действительно существует? Если в ней написано о судьбе страны, значит, книга историческая», — предполагала она. За последние недели Зоя успела пролистать «Развитие капитализма в России» и «Реформизм в русской социал-демократии», но никаких отметок в них не нашла.
«Может быть, все старые книги унесли на чердак или в подвал? Столько лет прошло! Наверное, стоило просмотреть, что еще лежало вместе с этой шкатулкой в деревянном ящике», — думала Зоя, выжимая половую тряпку в ведро. — «Точно! Надо забраться на чердак, когда мамы не будет дома».
Уборка была сделана. Зоя вытерла лоб, убрав прилипшие пряди волос, и принялась за украшение гостиной: развешала флажки, серпантин и надула воздушные шары. Мать спустилась из своей комнаты и прикрепила кнопками к старым обоям стенгазету с фотографией именинницы, которую накануне рисовал папа Ефим. Зоя радовалась, что жильцы, которых подселили в их родовое гнездо, уехали, и теперь хотя бы на время это был полностью их дом, пусть и с несколькими закрытыми комнатами.
Мать сделала Зое подарок — почти не ворчала в этот день. Она достала вышитую бабушкой Валентиной скатерть с голубыми цветами и постелила на стол в гостиной. Вместе они принесли из библиотеки проигрыватель с пластинками. Она очень радовалась, что мама помогает ей подготовить настоящий праздник.
К вечеру большая столовая была готова к приему гостей. Зоя с Исталиной Васильевной тоже принарядились: сразу после новогодних праздников мать сшила два одинаковых платья. Зое это особенно нравилось, в нем она больше походила на красавицу мать.
— Мы с тобой будто две части одного целого! — восторженно сказала Зоя.
— Так и есть.
Исталина присела на диван и позвала Зою сесть рядом с ней. Такие моменты бывали редкими, поэтому она, не помня себя от радости, тут же подскочила к ней и села рядом. Она обняла дочь и сказала:
— Расскажи маме, как в школе дела? Может, тебе уже кто-то из мальчиков нравится?
— Нравится один. Миша, — разоткровенничалась Зоя, нервно потирая коленки.
— Трубачевский что ли? — мать подняла бровь с любопытством.
— Да. Симпатичный. Ты только никому не говори, а то в него еще Наташка влюблена.
Соседская собака залаяла, к их особняку кто-то приближался. Зоя подбежала к окну и увидела шесть подружек.
— Идут! Идут! — взволнованно зашептала она и начала махать руками.
— Встречай! — мать сдержанно улыбалась.
Девочки в клетчатых драповых пальто завалилась в прихожую. Их припорошило снегом, и мороз крепко пощипал их за щеки. Красные довольные лица улыбались.
— Проходите! — Зоя указала рукой в сторону гостиной.
— Ой, какое у тебя симпатичное платье! — восхитилась Таня. — И у твоей мамы такое же! Вы как две сестрички!
— Как у вас роскошно оформлена гостиная к празднику! — удивлялась Люба.
— Какая у тебя красивая мама! — улыбнулась Наташа.
Девочки раздевались, а Исталина Васильевна включила музыку на проигрывателе. Имениннице немедля вручили подарки. Пухленькая Люба взяла Зою за оба уха и начала их дергать вверх. Подружки считали: раз, два, три… Когда досчитали до десяти, все дружно захлопали в ладоши и засмеялись.
— Расти большой! — улыбнулась Таня.
— Не будь лапшой… — добавила мама.
На столе ароматно парила жареная курица с картошкой. Исталина положила гостьям печеночный торт с морковно-луковой начинкой, оливье и рыбный салат. Перед чаем девочки устроили танцы. Они смеялись и делились секретами. Исталина наблюдала за ними и хлопала в ладоши. Зоя была счастлива!
После танцев мать окликнула ее, чтобы она позвала подруг за стол, где уже стоял горячий самовар. Исталина Васильевна разрезала пирог с яблочным повидлом и шоколадный торт с орешками. За столом воцарилось молчание, девочки кушали и причмокивали от удовольствия. Потому Исталина решила поздравить дочь. Она встала перед столом с кружкой чая и сказала:
— Зоя, какая же ты стала большая! Ведь еще совсем недавно ты была такая маленькая, что ела свои козявки…
Кто-то из подружек засмеялся, а Зоя перестала жевать торт и посмотрела на мать.
— Сколько мы всего пережили за эти десять лет! — продолжала мечтательно Исталина. — Помню, выводили бородавки на твоих руках. Вот крика-то было! — посмеялась она. — Или как ты обмочила штаны в первом классе, потому что стеснялась спросить, где туалет. Стояла в своей луже и плакала. Совсем крошка была! Это было так забавно! А теперь взрослая. Даже успела влюбиться в Мишку Трубачевского. Не успеем оглянуться, как замуж тебя будем выдавать.
Подруги посмотрели на Зою, кто-то посмеивался, кто-то замер, а именинница сидела будто окаменевшая. Счастье в ее глазах потухло, как свеча на ветру.