— Вот тебе на! — удивилась Зинаида, — у нас тут и айва, и арбузы, дыни, персики, черешня. Мы тебе все покажем. Проходите-проходите, сейчас обедать будем.
Пока мать хлопотала на летней кухне, Николай Петрович провел гостью в дом, Володя следовал за ними. В его детской комнате Зоя обратила внимание на семейную фотографию в рамке, где Володя был изображен с женой и ребенком. «Так он еще и женат? Или был женат? Супруга ушла, потому что у него много поклонниц, которые так и виснут на нем?» — Зоя посмотрела на него, но он молчаливо отвел взгляд, заметив вопрос в ее глазах.
Хозяин дома пригласил их посетить виноградники, и они снова вышли из приятной прохлады в духоту июльского дня. Посадки начинались у южной стены дома и тянулись далеко вперед. Деревянистые лианы винограда обвивали воткнутые в землю опоры и натянутую между ними проволоку.
— Я только отсюда, с самого утра обрезал лишнюю зелень и усы, чтобы растения правильно развивались. Притомился. Уснул в тени дерева, а тут вы! — Николай Петрович довольно крякнул. Он прислонил ладонь ко лбу и посмотрел вдаль. — Работы еще много!
Втроем они шли по протоптанным дорожкам между стройными рядами посадок. На кустах уже виднелись ягоды.
— В этом ряду у меня растет Алиготе, дальше Мускат, Шардонне, Савиньон, Каберне, Мерло и Пино Нуар. Ягоды уже есть, но пока кислые, в них еще мало сахаров, — будто для подтверждения он сорвал ягоду, надкусил и скривил лицо.
Они шли все дальше, виноградники казались бесконечными. Сочная зелень шелестела от редкого теплого ветра. Где-то вдалеке стрекотали кузнечики. Зоя думала, что она легко может затеряться здесь в своем зеленом сарафанчике. Впереди идущий Николай Петрович тихо рассказывал о различии сортов. Володя положил Зое ладонь на небольшой вырез сарафана на спине, поглаживал теплую кожу одним пальцем и улыбался. Ей было неловко. Некоторое время она оставалась серьезной, у нее появилось много вопросов к нему в последние дни. Но потом она вспомнила, что и сама не до конца честна с ним, раз не рассказала настоящую цель визита в Кишинев, поэтому смягчилась, уголки ее губ приподнялись в легкой, смущенной улыбке.
— Обед готов! — где-то в отдалении послышался голос Зинаиды Викторовны.
— Идем! — крикнул ей в ответ отец Володи и продолжил свой рассказ для гостьи, — виноград, уважаемая Зоя, — это символ благополучия семьи, ее достатка. У нас даже беседка обвита лозами, сейчас увидите.
Они вернулись во двор и устроились внутри на лавочках с мягким пледом и подушками. Стены из переплетенных реек были пронизаны молодыми побегами винограда и вьюнка. Из-за густой зелени внутри было чуть менее жарко, чем снаружи. Над цветами снаружи кружили пчелы. Зоя ненадолго закрыла глаза, и жужжание насекомых вернуло ее в детство, в деревню к бабушке, где над клумбами с бархатцами и над цветами липы в поисках сладкого лакомства кружили и гудели желто-черные труженицы.
На круглом столе уже стояло плоское блюдо с нарезанными помидорами, огурцами, редиской, зеленым луком. Горкой возвышались плацинды — дрожжевые лепешки с брынзой. В качестве основного блюда хозяйка подала мамалыгу с мясом и чорбу — суп на рассоле с мясом и фасолью.
— В регионе Кодры есть знаменитая зона с особым микроклиматом, — рассказывал Николай Петрович, помешивая ложкой суп, — бывшая имперская колония по производству вина, принадлежавшая династии Романовых. Там можно попробовать самые лучшие белые и игристые вина, херес и крепкие напитки, которые поставлялись на стол Императора. Я думаю, что сын туда свозит тебя, Зоя.
— Наши домашние вина тоже хороши, — возмутился Володя, надламывая румяную лепешку с сырной начинкой. — Но в Кодры мы, конечно, съездим.
— Весело вам здесь жить, — пошутила Зоя и положила ложку с супом в рот.
Семья Ястребовых рассмеялась.
…После обеда Володя с Зоей направились на экскурсию в домашний винный погреб. Николай Петрович, было, устремился за ними, но Зинаида Федоровна придержала его за рукав, изогнула бровь и, дождавшись, когда гости исчезнут в полумраке подвала, тихо процедила сквозь зубы:
— Не мешай!
Он улыбнулся и весело ей подмигнул.
***
Холодный подвал освежал и прояснял голову. Стены, отделанные серым, гладким камнем, хранили тишину и прохладу. На многочисленных деревянных полках лежали закрытые бутылки, подернутые паутиной и пылью.
— Их не берут в руки, чтобы вино правильно созрело, поэтому они такие таинственные, — шепнул Володя над ухом Зои, дотянувшись до выключателя. Тусклая лампочка едва осветила пространство.
Зоя чихнула.
— Ага, уже замерзла! — ликовал Володя. Он снял с вешалки вязаную кофту матери и накинул на ее голые плечи.
— Идем, я тебе все покажу.