— По-разному… Делаю детские ювелирные украшения и дарю тяжело больным детям, чтобы как-то разбавить их невеселые будни. Или делаю украшения для взрослых людей, продаю на черном рынке и вырученные деньги отдаю в семьи на лечение или реабилитацию. Друзья знают о моем увлечении, потому приносят мне на переплавку разные вещицы. В Тобольске последний раз передали набор столового серебра, уверяли, что сам Царь им пользовался. Я же химик, обожаю сплавы, металлы, обработку. И творчество не дает мне иногда спать, идеи новых изделий лезут в голову!
Как ей это было знакомо! Зоя сняла золотой браслет с руки и протянула ему.
— Возьми! Я тоже хочу внести свой вклад в доброе дело!
— Доверяй, но проверяй, — он не притронулся к украшению. — Сначала придешь в мастерскую, посмотришь, как я работаю, сходим к моим подопечным, а потом, если будет желание помочь — отдашь. Не будь такой доверчивой. Даже на добрых делах, к сожалению, спекулируют.
— Почему ты решил этим заниматься? — Зоя защелкнула браслет на запястье.
Володя откашлялся и некоторое время о чем-то думал.
— Это личное. У меня сегодня не то настроение, чтобы говорить об этом, — он дернул плечами от желания сменить тему. — Давай лучше поужинаем, я ужасно проголодался!
Они уселись на плед. Блики костра играли на их лицах.
— У вас готовят такие большие порции, будто попал в гости к бабушке, — Зоя уже бубнила с набитым ртом, откусив от румяной лепешки с овощной начинкой. Он смахнул кончиком пальца крошку с ее щеки, и она неловко улыбнулась.
Последний отблеск заходящего солнца покинул небо. За разговорами они и не заметили, как выкатилась полная серебряная луна и прос
— Идем. Я покажу тебе то, зачем мы сюда пришли.
— Далеко идти?
— Нет, — сказал он загадочно.
Зоя взялась за его ладонь, и он повел ее за собой. Под ногами потрескивали сухие прошлогодние листья и небольшие веточки. Они подходили к берегу и остановились только у самой кромки озера.
— Не останавливайся. Мы идем дальше.
— Куда? В воду? — поразилась Зоя.
— Доверься мне!
Она посмотрела Володе в глаза, чтобы найти в них подвох.
— Идем, не бойся! — повторил он.
Они зашли в озеро сначала по колено, а потом по пояс. Вода, нагретая июльским солнцем, была как теплое молоко. Подол белого летнего сарафана сначала надулся пузырем, а потом начал свободно колыхаться в воде. Они зашли в воду по пояс.
— Теперь замри! — тихо шепнул Володя ей на ухо, обдав теплым дыханием шею.
Они встали неподвижно друг напротив друга, и вода вокруг них постепенно успокаивалась, переставая ходить кругами. Он обнял ее за талию, чтобы она не упала в воду, если вдруг закружится голова. Луна и звезды, что сверкали в небе, отражались и на гладкой поверхности озера. Они стояли в окружении многовековых ярких небесных светил. Больше ничего вокруг — все остальное скрыла ночь. Изредка мимо проплывали маленькие рыбки, слегка касаясь их ног мягкими плавниками и гладкими спинами.
— Как красиво! Мы будто летим среди звезд! — прошептала Зоя.
Володя улыбнулся ей. Он сократил расстояние между ними и, нарушив спокойствие озерных вод, под бешеный стук сердца нежно поцеловал ее, крепко прижав к своей груди.
Зоя торопилась на автобус, следующий до железнодорожного вокзала. Сегодня Володя уезжал в Москву, и она хотела его проводить. Пригладила ладонью волосы, посмотрела на себя в зеркало. Заметив застенчивый румянец, вспомнила отпуск в Молдове и улыбнулась — это было сказочное время: они дегустировали вина, посещали живописные места, помогали родителям Володи в саду. Сердце сладко сжалось. Кажется, кое-кто по уши влюбился.
Она собиралась поспешно, чтобы подольше постоять на перроне, обнявшись с ним. Зоя хотела сказать ему, что решила уволиться и приехать, когда он устроится на новом месте. Если Володя этого захочет, конечно.
Взяла сумочку с полки и уже надевала босоножки. В дверь постучали.
«Кто там еще?»
Зоя открыла. На пороге топталась взволнованная подруга матери — Глафира. Было заметно, что она запыхалась.
— Зойка! Да что же это такое делается? Мать при смерти, а ты тут прохлаждаешься! — начала она причитать с порога и, окинув ее взглядом, добавила, — никак гулять собралась!
— Что с ней?! — взволнованно вскрикнула Зоя.
— Сердце! — всплеснула Глафира руками, — ты довела бедную женщину своими капризами! Неужели сложно пожить с матерью? Вот так рожаешь детей, а в старости никто стакан воды с валерьянкой не подаст!