Девушка потянулась ко мне, и я на мгновение застыл. Она сидела у окна, ей пришлось немного отодвинуть веснушчатую подругу, чтобы взять меня за связанные руки.
– Привет, – стараясь говорить спокойно, начала она, – меня зовут Инга… Наверное, все это выглядит пугающе, но мы не желаем тебе зла. Мы хотим помочь. Поверь, ты должен как можно быстрее убраться из деревни!
– Во-первых, в такую погоду хороший хозяин даже собаку не выгонит из дома, а во-вторых, какого черта…
– Так ты тоже это видишь? – ахнула Инга.
– Вижу что?
– Дождь! – хором выкрикнули пассажиры.
– О-о… – обреченно протянул я, получив подтверждение психологического отклонения ребят. – Знаете, это уже не смешно. Плевать, что намокну, просто выпустите меня.
На какое-то мгновение в салоне автомобиля воцарилась тишина, только бушующая снаружи стихия не давала забыть, что все происходящее сейчас – правда.
– Он видит, – вздохнул Рыжий, по-приятельски похлопав меня по спине. – Мы опоздали.
– Зараза! – выругался Глеб.
Сидеть в старых, пропахших пылью и табаком жигулях было неприятно не только потому, что меня похитили, но и по той причине, что, кроме девушек, ко мне жался еще и парень. Места на заднем сиденье не хватало.
– Так вы отпустите меня?
– Отпустим, – вздохнул Глеб. – Только рано радуешься, – добавил он, увидев облегчение на моем лице. – Лучше бы ты успел убраться отсюда, как мы советовали.
– Советовали? – ухмыльнулся я. – Своеобразный у вас подход!
– Приходится. Ладно, развязывай его, Рыжий. Едем обратно.
– И что теперь? – ошеломленно спросил я.
– Что теперь, – недовольно хмыкнула веснушчатая. – Добро пожаловать в Воронье Гнездо.
«Вот психи!» – в который раз подумал я.
Мне было любопытно, как Глеб ориентируется в данный момент, ведь ливень стоял непроглядной стеной. Я не первый раз оказался в дождь в машине, но этот ливень был особенный, и похищение тут ни при чем. Если несколько минут назад салон автомобиля разрывался от криков, то сейчас все затихли. Водитель не мог видеть ничего, но его движения были твердыми и уверенными, будто подобное уже случалось прежде; от былой паники не осталось и следа.
Я чувствовал, что мы развернулись и направились обратно к Вороньему Гнезду, страх и беспокойство сменились жгучим любопытством.
– Та-а-ак, – протяжно начал я, – может, все-таки расскажете, что это было? Вы пранкеры, что ли?
– Нет, – обрубил Глеб.
– Знаете, – заметил прыщавый парнишка с переднего пассажирского сиденья, – мы не так уж много гостей принимаем, но я не хочу рассказывать этому городскому черту, что тут происходит.
– Кики! – возмутилась Инга, щелкнув парнишку сзади по макушке.
«Кики, – хмыкнул я про себя, – интересно, это прозвище – производное от Кикиморы?»
– И у меня особого желания нет, – отозвалась веснушчатая. – Я вымоталась, пока мы за ним гонялись по всей деревне.
Ее карие глаза напоминали две огромные смородины. Медные волосы были туго схвачены потрепанной резинкой, острый нос и тонкие губы делали лицо весьма неприветливым. Она не показалась мне уродливой, хотя и красавицей не была, но вот неприятной – весьма.
– Да я вроде не особо скрывался. Думал, намечается драка, а тут такое…
– Да мы тебя со вчерашнего дня караулим!
– Серьезно? – опешил я. – Так вот кто торчал под окнами ночью! – Мне казалось, что на сегодня с меня хватит удивления, но судьба распорядилась иначе. – Вы точно психи!
– Не больше тебя, – парировал Глеб. – Боже! Почему с новенькими всегда так трудно?
– Дело в том, – заговорщическим тоном начал Рыжий, – что мы действительно пытались тебе помочь. Эта деревня… Она про́клята!
– Мы не знаем, что с ней, – поправила Инга.
– Как по мне, – продолжил Рыжий, – так все это – сущее проклятие.
Он, шмыгнув носом, раздраженно посмотрел на Ингу. Мне даже показалось, что ему хочется ее ударить… Хорошо, что между ними сидели мы с Веснушкой. Девушка наморщила высокий лоб и, неопределенно хмыкнув, уставилась в окно, за которым ничего не было видно из-за дождя. Видимо, между этими двумя довольно напряженные отношения.
Как только автомобиль подъехал к остановке у въезда в деревню, стало светлее, я не сразу сообразил, что гроза прекратилась.
«Как быстро началось, – подумал я, – так же и стихло…»
– Хм, странно, – вертя головой по сторонам, пробормотал я. – Такой сильный ливень, а прошел мимо деревни. Как удачно.
– Ага, – хрюкнул прыщавый Кики, – вот это везение! Мы просто счастливчики! – И буркнул еле слышно, но я понял, что фраза адресована мне: – Вот же олень!
– Воронье Гнездо никого не выпускает по прошествии суток, – подала голос Веснушка. – Ты обречен прожить здесь всю свою жизнь. Поздравляю.
– Что значит «не выпускает»?
– То и значит, – ответил Глеб. – Захочешь покинуть деревню – не сможешь. Всегда что-то мешает, как, например, этот ливень.
– В прошлый раз был туман, – задумчиво добавила Инга. – Ехали, ехали, а вернулись обратно.
По-моему, так начинаются все фильмы ужасов. Деревня в глуши, ее странные жители, поверья…
«Надеюсь, – взмолился я про себя, – они не приносят людей в жертву!»
