— Вроде того, — неопределенно отозвался я и вышел из автомобиля.
Пока мы ехали, светлое небо заволокли тучи. Начал накрапывать небольшой дождь, который в скорости обещал стать настоящим ливнем. Ветер завывал все яростнее, словно хотел предупредить людей о грядущей опасности.
Но я знал о ней и без дополнительных предупреждений.
Федор остановился почти у входа, так что далеко ходить не пришлось. Едва я вошел в дверь, как ко мне тут же подошел благообразного вида немолодой мужчина и с заискивающей улыбкой произнес:
— Добрый день, господин. Чего изволите?
— Я хочу забрать заказ на имя графа Воронцова, — спокойно ответил я, и лишь потом спохватился, что, вжившись в роль аристократа, все чаще стал пренебрегать элементарной вежливостью в общении с простым людом. Но теперь здороваться было уже поздно.
— Конечно же, — склонил голову седой мужчина, — одну минуту.
Он скрылся за прилавком, но вскоре вышел вновь с тремя большими коробками черного цвета, на каждой из которых красовался символ ателье: две иглы, катушка ниток и замысловатые буквы «А» и «К» с причудливыми вензелями.
— Вот, — мужчина поставил коробки на заваленный тканями стол прямо передо мною. — Все, как заказывали. Исполнили в лучшем виде.
— Благодарю, — я не стал вдаваться в детали, что заказывал-то вовсе не я, а кто-то из людей Нечаева, поэтому просто открыл одну из коробок и оценивающим взглядом окинул шикарное черное платье. Во второй коробке лежала женская шляпка с траурной вуалью. В третьей — накидка с глубоким капюшоном.
То, что надо.
Забрав коробки, я покинул ателье и вернулся в машину.
— Теперь в лавку? — спросил Федор, стоило мне захлопнуть дверь. Получив утвердительный ответ, он повез меня по следующему адресу.
— И что же, — продолжил наш прежний разговор Федор, — посоветуете что-нибудь еще для очаровывания дам? Кроме как обзавестись титулом, деньгами и каким-то чудом волшебным стать красивее…
— Шоколад, цветы и шампанское, — предложил я стандартный, бесхитростный, но, в то же время, весьма действенный вариант. — Можно вино и сыр. Но лучше — доброту, заботу и нежность. Это если рассматривать отношения в долгосрочной перспективе.
— Мне больше понравился вариант с шоколадом, — криво усмехнулся Федор. — С моей работой на любовь и все остальное сложно время найти.
— Но, если ты желаешь, чтобы женщина находила время для тебя, разве не логично, что она захочет того же взамен?
— Ну, так-то вы правы, — запустив под фуражку пятерню, мой собеседник задумчиво почесал голову, а потом вдруг махнул рукой. — Ай, ладно, вот закончим с французами и полозами, а там уж гляну, коли живой останусь. Авось, сама судьба с ненаглядной сведет?
— Всякое бывает, — кивнул я с видом знатока больше для успокоения собеседника.
— Только вы мне потом напишите, какие конфеты, цветы и шампанское купить надобно, — попросил шофер, — и чтобы не совсем дорогие. Жалование у меня хорошее, но деньгами сорить не приучен.
— Придется учиться, — дал я последний совет. — По крайней мере, на женщине экономить ни в коем разе нельзя.
— Целая наука, — фыркнул Федор. — В Тайной канцелярии служить и то проще: приказы — выполняй, хорошее — защищай, плохое — стреляй.
— Суть ты уловил верно, — я рассмеялся.
— Рад, что вам весело, — вновь скривился шофер и остановил машину. — Мы, кстати, прибыли.
В этот раз я наведался в лавку поскромнее, где торговали всякой всячиной. Адрес этого места сообщил мне Нечаев. Здесь тоже следовало забрать заказ, что я и сделал. Теперь коробка были была одна и куда меньше и скромнее, без причудливых вензелей и чьих-то инициалов. Внутри нее лежал чехол, защищавший круглые темные очки в серебристой оправе. Стоили они довольно дорого, так что платить пришлось самому.
— Теперь в цеха, — вернувшись в машину, велел я Федору.
Автомобиль покатился по почти пустой дороге. Многие жители столицы вывезли женщин и детей за город, чтобы не рисковать их жизнями в преддверии атаки французов. Большинство людей на улицах являлись мужчинами. Все они деловито спешили по своим делам и не обращали никакого внимания на то, что творилось вокруг.
Мы проехали по жилым кварталам и оказались на севере Москвы. Здесь находился промышленный район: гудели громоздкие машины, туда-сюда величаво катались грузовики, десятки труб извергали в осеннее небо густой черный дым, а в воздухе пахло машинным маслом, гарью и соляркой.
Обычно драгунов привозили сюда на нескольких машинах и возвращали после ремонта на них же. Но мне хотелось лично все проверить и убедиться, что боевой доспех функционирует исправно. На кону сейчас стояло слишком много, чтобы довериться незнакомым порченым и слепой судьбе.
Цеха, где работали с драгунами, окружал массивный забор. Над кладкой возвышалось несколько боевых доспехов, несущих дежурство у важного производства. На въезде находился охраняемый солдатами КПП. Благо, Нечаев раздобыл для меня все необходимые разрешительные документы. Правда, проверку порченым все равно пришлось пройти и мне, и Федору. Только после этого нас пустили на территорию.
