— А вот у моста, с того берега, одну опору немного повело, — ответил Митяй, слегка помрачнев. — Но вся конструкция уцелела, удержалась. Видать, когда вода сильно поднялась, бревном каким-то ударило. Но ничего страшного, поправить можно.
— Ну и хорошо, а опору поправим, — кивнул я, просчитывая в уме, сколько времени и сил потребуется на ремонт.
— Поправим, — тут же подтвердил Илья, отставляя пустую кружку. — Это дело нехитрое. Как только придем, так и займёмся. За пол дня сделаем — и будет как раньше.
— А сейчас вода какая? — спросил я Митяя. — Сильно ещё поднята?
— Сейчас уже спала, — ответил он. — Чуть выше обычного, но до колеса не достаёт. К завтрему, думаю, совсем в норму придёт, если дождя больше не будет.
Я подошёл к окну и посмотрел на небо. Тучи постепенно расходились, и кое-где уже проглядывало голубое небо. Солнце пробивалось сквозь облака, освещая мокрую землю, которая парила от тепла.
— Похоже, распогодится, — сказал я, возвращаясь к столу. — Ну что ж, тогда завтра с утра можно будет возобновить работы. И Семёну передайте, что завтра сможет заняться своими бутылками. Только пусть поможет опору у моста поправить, а то неровен час — рухнет, и тогда придётся заново строить.
— Передам, Егор Андреевич, — кивнул Илья. — Да он и сам понимает — сначала дело, потом уж стекло. Без моста-то как на тот берег попадать?
— Вот и славно, — подытожил я, довольный тем, что всё обошлось малыми потерями. — Значит, так и порешим. Завтра с утра — на лесопилку, поправляем опору, а потом уже каждый за своё дело берётся.
Машенька, слушавшая наш разговор, улыбнулась и начала собирать пустые кружки.
— Может, ещё чайку? — предложила она. — Или поесть чего? Небось, голодные.
Митяй благодарно кивнул — видно было, что от еды он не откажется. Илья тоже не стал отказываться. И пока Машенька хлопотала у печи, доставая щи, горшок с кашей и нарезая хлеб, мы продолжали обсуждать планы на ближайшие дни.
За окном постепенно прояснялось, и солнечные лучи, пробиваясь сквозь тучи, освещали нашу деревню, которая, несмотря на вчерашний ливень, устояла и готова была продолжать жить и работать.
Дорога, где повыше, немножко стала подсыхать, хотя в низинах всё ещё стояла вода.
После сытного обеда — наваристых щей да каши с салом — я задумчиво глядел в окно, прикидывая, можно ли уже выбраться к лесопилке. Беспокоило меня, как там дела после такого ливня. Митяй, заметив мой взгляд, понимающе кивнул:
— Думаете, всё же съездить на лесопилку? — спросил он.
— Да, надо бы, — ответил я, поднимаясь из-за стола. — Хочу сам всё посмотреть, да проверить.
Машенька обеспокоенно посмотрела на меня:
— Егорушка, может, подождёшь ещё немного? Вон, на земле-то как сыро, да и небо ещё не совсем прояснилось.
— Нет, ждать нельзя, — покачал я головой. — Если с опорой что случилось, чем раньше поправим, тем лучше. А то, не дай Бог, совсем размоет, потом восстанавливать дольше выйдет.
Я послал Митяя к Степану, чтобы тот запряг три лошади, чтобы верхом съездить к лесопилке и посмотреть, что там с опорой, как вообще дела. Митяй накинул на плечи кафтан и быстро вышел, а я тем временем стал собираться.
Через четверть часа во дворе послышалось конское ржание. Я выглянул в окно — Митяй и Степан привели трёх лошадей, уже осёдланных и готовых к поездке. К моему удивлению, с ними был и Семён, уже в армаке и сапогах.
— А ты куда собрался? — спросил я его, выходя на крыльцо.
— Да как же, Егор Андреевич, — ответил Семён, поправляя шапку. — Мне же там всё проверить надо — и печь, и формы, и всё остальное. Я с вами поеду, если позволите.
На что я махнул рукой, мол, поехали. Не возражать же против такого рвения к работе.
Митяй со Степаном подвели лошадей, держа их под уздцы. Мы запрыгнули в сёдла и тронулись в путь. Лошади шли осторожно, выбирая, где потверже, чтобы не увязнуть в грязи. Впереди ехал Митяй, за ним следовал я, а замыкал нашу небольшую процессию Семён.
Миновав последние дома, мы выехали на дорогу, ведущую к лесопилке. Здесь было сложнее — земля раскисла, и лошадям приходилось идти медленнее, выбирая путь. Но всё же мы двигались довольно быстро, и вскоре уже были у лесопилки.
Я спешился первым и осмотрелся. Бросив взгляд на реку — Быстрянка и вправду оправдывала своё название. Вода в ней неслась с бешеной скоростью, бурля и пенясь на порогах. Уровень поднялся заметно — не меньше чем на метр, — но, к счастью, не настолько, чтобы затопить берега.
— Ну что тут у нас? — пробормотал я, направляясь к мосту.
Да, всё было как описывал Митяй — ангар цел, колесо на месте, хотя и поднято высоко над водой, а вот опора слегка покосилась у самого берега, с той стороны, где кузница. Но мост был целым, даже направляющие для вагонетки не повело. И та стояла с этой стороны берега тоже цела-целёхонька.
— Повезло нам, барин, — сказал Семён, оглядывая повреждения. — Могло и хуже быть.
Я кивнул, соглашаясь с его словами. Действительно, повезло. Ущерб был минимальным и вполне поправимым. Но всё же следовало заняться укреплением опоры немедленно, пока новые дожди не усугубили ситуацию.
