Покупать сейчас плодоносящий сад дорого, а на выращивание нового нет времени. Во время прогулок по окрестностям Вавилона я нашел небольшой выход ортоклаза, одного из представителей широко распространенных полевых шпатов. Он, как и каолин, подходит для изготовления ультрамарина, только выход меньше и процесс сложнее. Тогда подумал, что можно будет заняться изготовлением краски для тканей. Теперь решил, что ткачи подождут. Использую краску для украшения своего дома. Благодаря ортоклазу, получу разные оттенки синего и зеленого цветов. Из ржавчины изготовлю красный и коричневый. Из сажи — черный. Связующим веществом будет мёд, которого здесь много, благодаря большому количеству садов.
Художник оказался мужчиной двадцати шести лет с настороженным лицом человека, которого постоянно надувают. Туника на нем была простенькая и далеко не новая. Черные густые борода и усы аккуратно подстрижены. Звали его Думмук. Я пригласил художника в ближайший кабак, где подавали виноградное вино, ячменную и финиковую сикеру и легкие закуски. По голодному взгляду определил, что чувака недокармливают. В заведении стоял такой жуткий запах прокисшего вина, что я передумал заказывать этот напиток, выбрал, как и мой потенциальный работник, финиковую бражку, и купил ему лепешку с большим куском запеченного карпа. Лицо Думмука сразу подобрело. Он ел быстро и жадно. Значит, работник хороший.
— Мне надо написать на стене тех же существ и цветы, что на воротах богини Иштар, по одному каждого, и еще ее глаза над ними и ее атрибуты, лук и стрелы, — сообщил я, для чего он потребовался.
— Написать? Не выложить глазурованными кирпичами? — задал художник уточняющий вопрос.
— Именно так, — подтвердил я. — Краски и большие кисти будут моими. От тебя потребуются маленькие для тонкой работы. Дел там самое большее на три дня. Получишь серебряный шиклу.
— Шиклу за три дня⁈ — не поверил он.
Сейчас разнорабочий получает два-три шиклу в месяц при одном выходном дне в неделю. Специалист — три-пять. Восемь и более, как предложил я — чиновник среднего звена.
— Именно столько, — ответил я.
— Когда приступить к работе? — спросил он.
— Послезавтра, — ответил я. — Сейчас пойдем, покажу, где и что должен будешь изобразить, чтобы прикинул, как лучше разместить объекты.
К тому времени нанятые мной три каменщика сложили из дикого камня, кирпичей на известковом растворе грубку в углу гостиной и коптильню, горн и фундамент мельницы возле колодца у той части дома, в которой вход с улицы, а Табия и Хашдая покрыли гипсовой штукатуркой внутренние стены и цементной внешние всего второго этажа и полосу сантиметров семьдесят в нижней части трех стен первого: от входа прямо, справа и слева. Выше этой полосы был сперва нанесен черновой слой штукатурки толщиной миллиметров пять из одной части известкового теста и трех частей наполнителя — крупного песка, мелкой кирпичной крошки, благодаря которой будет медленнее сохнуть, и измельченных пальмовых волокон, которые придадут эластичность, предохранят от растрескивания. Через восемь дней он высох. Затем нанесли два чистовых слоя, более тонких, в которых наполнителя было на две пятых меньше. Последний должен высохнуть завтра днем. По третьему влажному будем делать роспись. О чем я и рассказал художнику, показав, где и что хочу увидеть изображенным.
— Я могу сделать такое, но долго оно не продержится, — с сомнением произнес Думмук, предположив во мне богатого идиота, которому некуда девать деньги.
— Они переживут тебя, — уверенно заявил я и добавил иронично: — Твои правнуки будут хвастаться, что это сделал их прадед.
Художник улыбнулся снисходительно, однако слова мои запали ему в душу. Творческие профессии выбирают удивительно честолюбивые люди, загадывающие на века.
9
Ближайшей моей целью было принять Инаэсагилирамат в новом доме, удивить фресками. Представлял, как она ахнет, встретившись взглядом с богиней Иштар, и прочую ерунду. Мы без выпендрежа ничто, как и он без нас. На очередном нашем свидании моя любовница была необычно скованной. Я почувствовал, что хочет сообщить что-то неприятное, и не ошибся. Как это принято у женщин, вывалила новость, когда я был удовлетворен и расслаблен.
— Это наша последняя встреча, — вдруг сообщила Ина. — Мужу кто-то сообщил о нас с тобой. Мы с ним сильно поругались. Потребовал, чтобы я больше не ездила к храму богини Иштар.
— Тебе решать, — мужественно принял я известие, что в моей жизни опять перемены, хотя показалось, что дело не в муже.
— Я решила, — сказала она. — Не хочу рисковать ребенком.
— Каким ребенком? — не понял я.
— Я, кажется, беременная, — выдала она вторую крутую новость.
Вот в это я поверил сразу, потому что мы встречаемся почти месяц, а у нее не было месячных. Еще удивлялся этому, принимал за задержку на нервной почве — из-за чрезмерного удовольствия.
— Как ты хотел бы назвать сына? — задала она интересный вопрос.
— Хаммурапи, — не задумываясь ответил я.
— Откуда ты о нем знаешь⁈ — удивилась моя любовница. — Большинство образованных вавилонян понятия не имеют, кто это такой.
