Максу он не понравился с первой минуты, еще когда тот внимательно рассматривал его путевку, чуть не обнюхал, все недоумевал, что был не в курсе про еще одного члена группы, будто бы все у него подотчетны. Тогда Макс сразу спросил его про Настю, которая должна была быть с ними. Проводник рассердился, грубо выплюнул, что не было никакой Насти Белоусовой. Макс сразу понял – тот врет. Он прямо возненавидел этого здорового мужика, который не уберег его Настю, а сейчас трусливо прикрывается. Так бы и дать ему по рылу, чтобы зарылся своей бороденкой в болотную жижу. Но Макс сдержался, промолчал, решив про себя, что у него еще будет время узнать всю правду и, возможно, тогда он сможет посадить этого бородача за решетку.
Славка-переводчик отдал нуждающемуся носки и с большой неохотой пошел к иностранцам, выученной скороговоркой переводя слова Макара про чистец болотный.
Макс надел сухие носки, разорвал пакет, валяющийся возле костра, обмотал кусками полиэтилена, как портянками, ноги и сунул их в сапоги. Снова поймал любопытный взгляд проводника. Что он на него так смотрит? Вот встал и направился прямо к Максу. Макс нутром почувствовал исходящую от этого человека опасность. Нужно с ним держать ухо востро. Макар присел рядом с Максом, достал сигарету из пачки, прикурил от костра и только после этого спросил: «Откуда ты взялся?»
– Вам опять путевку показать?
Проводник махнул рукой давая понять, что не надо.
– Ты кого ищешь-то? Специально, что ли чего расследуешь?
– Девушка моя должна была здесь быть. Позавчера она купила такую же путевку. Мы вместе собирались ехать. Только я отстал. Я уже говорил это.
Проводник кивнул, как бы отмечая что-то для себя самого.
– Не было такой девушки, – сказал он, – обманула она тебя. Все они так.
Проводник изобразил сочувствие. Макс кивнул, типа, соглашаясь.
– Может, кто еще ее видел?
– Славку можешь не спрашивать. Его только сегодня к нам привезли. Прежний переводчик заболел, пришлось заменить…
– А чем он заболел? Случайно, не умом тронулся? – Макс как не пытался, так и не смог скрыть злого сарказма.
– Бывает здесь, ага, – не стал увиливать проводник. – Люди со слабой психикой не выдерживают. – И посмотрел с подозрением: – А ты случайно не из журналюг? А то я их терпеть не могу. Ходил тут один, вынюхивал…
– И что? Вынюхал?
Проводник молча рассматривал Макса, дымя сигареткой. Макс в который раз мысленно поругал себя за несдержанность.
– Нет, ты точно – журналюга, – наконец вынес решение Макар.
– Думайте, что хотите, только я заплатил за путевку и буду здесь находится до конца тура. Нравится вам это или нет.
Макс уже спокойно открыл свой рюкзак и достал свитер – кажется, он сухой. Следом за свитером из рюкзака вывалился нож – видимо, зацепился за рукав свитера. И тут же зафиксировал напрягшуюся позу проводника, его сверкнувший взгляд.
– Красивый ножичек, – сказал проводник как бы между прочим. Макс поспешил сунуть нож обратно, а Макар отвернулся к костру, как будто нож его не заинтересовал.
– Вода вскипела. Будем чаевничать, да спать ложиться.
Макар достал из жестяной банки разной сухой травы и бросил ее в большой, черный от копоти котелок, висящий над костром. Вода в котелке забурлила еще сильнее, поднимая клубы бело-голубого пара. Вокруг пошел душистый запах. «Интересно, что за траву он туда бросил?» – подумал про себя Макс.
– Обычные душица с чабрецом, – сказал переводчик Славка, как будто отвечая на немой вопрос Макса. Он как-то незаметно оказался рядом. Макс даже вздрогнул от неожиданности.
– Болотный чай, ребята, налетай, – зазывал проводник своих подотчетных. Славка быстро перевел. Иностранцы со своими банками, кружками нехотя потянулись к раздаче. Чай для матерых вояк – смех! Галдя, как дети, они открыли свои контейнеры – холодильники, сумки-рюкзаки. Расселись возле костра. И Макса угостили нехитрым ужином. Что еще для счастья нужно человеку, который несколько часов блуждал сырой и голодный по болотам? И Макс стал кимарить. Голова сама клонилась вниз, как будто к носу подвесили гирьку. Барбос рядом, пристроившись к боку хозяина, давно спал своим собачьим сном.
