Что со мной? Что со мной? – как в бреду спрашивал себя Макс. Такое он уже раз испытывал, еще в той жизни, до беды с Настей. И это было во сне. А тут… Макс попытался вдохнуть воздух, до красноты напряг шею, воротник рубашки натянулся, пуговица уперлась в петлю, нитки затрещали и вдруг лопнули. Черный пластмассовый диск пуговки, как выпущенная пуля, полетел в дорожную пыль. Пуговица покатилась с таким грохотом, как будто это был не кусок пластмассы, а тяжелый железный люк. По размерам она напоминала колесо от машины. Как и положено этому предмету фурнитуры – внутри зияли четыре огромных дырки. Макс как ребенок смотрел на кувыркающуюся в пыли пуговицу и не мог понять: как это может быть? Он хотел протестующе завопить: так не бывает! И вдруг все прекратилось. Макс с шумом вдохнул воздух. Постепенно внешний мир стал приобретать привычные формы. Иванна и седовласый остолбенело смотрели на выглядывающий из-под воротника Макса витиеватый, покрытый медным зеленым налетом, кулон. Макс заморгал и неуверенно поднес руку к горлу, оно саднило, как после настоящего физического удушья. А на него сочувственно смотрели мужик и Иванна.
– Эй, браток, тебе плохо? – Участливо спрашивал незнакомец. – Может, присядешь?
Макс не понимал, что с ним произошло, чувствовал себя, как после большой попойки – голова болела и половина информации была начисто стерта. Он перевел взгляд на Иванну. Та смотрела настороженно, они с седовласым переглянулись.
– Кажется, со мной все в порядке.
Мужик расслабленно выдохнул:
– Ну, ты и напугал.
– Я… про свою девушку спрашивал… – неуверенно сказал Макс.
– Ну да, – охотно подхватил незнакомец, – я таксую, столько народу перевез. Иванна, подтверди.
Иванна кивнула. Макс вдруг осознал, что все это может быть правдой – мужик просто ее подвез, он совсем ни при чем, Настю не знал, никуда не заманивал и ничего о ней не знает.
– Ты про кого спрашиваешь? Я на днях увозил девушку из болот. Путевку купила, да почему-то не захотела оставаться. Намучался, пока доехал. Хоть сам и местный, но болота…
– А куда… куда вы ее отвезли? – уже почти совсем сдавшись, спросил Макс. Он не мог понять, чем его так раздражал этот неизвестный мужчина. Вроде ничего такого неприятного не говорил. Но что-то… что-то было в нем не так, какая-то лживость пряталась в его темных зрачках. Неприятное ощущение кольнуло в области сердца. Макс напрягся и сжал пальцы в кулаки. Снова потрогал все еще першившее горло.
Мужчина как будто что-то перебирал в памяти.
– Да в Черноноги. Я почему запомнил – деревня уж лет как двадцать умерла, только фундаменты домов догнивают. Вот я и удивился – чего там городской молодой девушке делать? Да недолго она была там. Отвез я ее на остановку, на автобус посадил и…
– А где это? – Макс не мог поверить, что его подруга могла поехать в мертвую деревню. Зачем? Хотя, последние события показали, что не знал он настоящей Насти. – А… вы меня туда не подбросите?
– Извини, друг, – снова развел мужик руками, будто сердечно сожалея, – не могу. Договорился соседа в город отвезти.
И повернулся, чтобы распрощаться. А потом, как бы между делом, спросил:
– Так может, тебя до дома подкинуть, а то ты бледный. Ты где поселился?
– У орнитолога вашего местного, – ответил Макс рассеянно. – Я дойду.
– Ну, смотри.
Седовласый раскланялся, завел мотор и уехал, как будто торопился. Иванна проследила за машиной – уезжал он в сторону домика старика Ильи Васильевича. Она повернулась к Максу, почувствовав пристальный взгляд.
– Даже не проси, я не повезу тебя туда. Это глупости. Ты ничего там не найдешь. Да у меня и вездеход сломан. Сам знаешь.
И не прощаясь, девушка пошла назад. Макс смотрел ей вслед, но она так и не обернулась. Макс с досады подопнул камушек, запустив его в придорожную пыль. Все выходило как-то неприятно: и мертвую деревню ему никто не покажет, и Иванна ведет себя так, как будто они еле знакомы. Макс хочешь – не хочешь, а признавал, что последнее его расстраивало даже больше первого. Это нежное чувство к малознакомой девушке, неизвестно откуда взявшееся, сильно беспокоило его, выбивало из равновесия. Он был совершенно уверен, что любит Настю, но когда видел Иванну, эта уверенность пошатывалась как подгнивший забор.
Высунулся из-за ворот «попенок». Хотел что-то сказать, но у Макса не осталось никакого желания и моральных сил дальше слушать его сказочки. Он резко двинул по дороге к выходу из деревни. А ветер доносил до него брошенное в спину не то «верь!», не то «не верь!»
Макс взобрался на невысокий холм. Вроде высота была не большой, но пока поднимался, успел даже задохнуться. Мелькнула мысль, что пора бы купить абонемент в спортивный зал. Мелькнула и тут же пропала. Макс огляделся. С холма открывался неплохой вид. Деревня лежала как на ладони – ни скрыться, ни спрятаться. Солнце, как подстреленный зверь, падало за горизонт, оставляя за собой багровый след. Фиолетовый небесный охотник гнал его как можно дальше. Ненавистник света, он прикрывал собою последние отблески умирающего светила.
