— Эмма, давай теперь поговорим. Буду честен и откровенен, — предельно серьезно начинает дознаватель и берёт меня за руки, смотрит в глаза. — Я виноват и прошу прощения. Оставайся со мной. Повторюсь, что чувствую ложь и твоя ненависть и желание уйти были настолько сильны, что я не знал, что делать. Но самое страшное, я осознавал, что твои чувства обоснованы и виновен в них я. Тогда я понял, что хочу, чтобы ты была счастлива. А для этого тебя стоит отпустить. И я был слеп и не сразу понял, что ты не просто бросаешься ко мне, как к своему спасению, но видишь во мне нечто большее. Встреча с сестрой не была подстроена. Она действительно только прибыла и ничего не знает о тебе и даре огня. Амина в силу своего возраста и чрезмерной силы не всегда контролирует свой дар. Поэтому я прижимал её к себе, чтобы она не навредила, испугавшись. Я хотел с тобой поговорить, когда ты не будешь зависеть от меня, хотел узнать, будет ли у меня шанс. Но я воспользовался твоей злостью сейчас.
— Та фраза про то, что ты специально вывел меня на эмоции, — прищуриваюсь и не успеваю договорить.
— Она не относится к тому, что было. Я воспользовался этой ситуацией сейчас. Прости, — он целует мои пальцы. — Хочу видеть тебя каждый день рядом, засыпать и просыпаться, растить наших детей и всегда видеть улыбку. Только скажи, что подумаешь и согласишься быть моей женой.
— Когда я кричала о ненависти, во мне бурлили чувства, затмевали все остальное. А когда говорила, что уйду, думала так на самом деле.
— А сейчас? — с нетерпением спрашивает Аарон.
— Я не хочу уходить. И согласна стать твоей.
Дознаватель подхватывает меня и кружит. Целует в щеки, лоб, губы, шею — всю покрывает поцелуями.
— Только обещай перестать выводить меня на эмоции. Я не всегда понимаю, когда ты говоришь серьезно, а когда нет, — заявляю, зная, что сейчас могу просить что угодно.
— Обещаю, — послушно соглашается Аарон.
— И я не хочу возвращаться в зимний лес.
— Не вернемся.
— И ещё, не надо решать все за меня.
— Я это уже понял, — заверяет он. — Прости, — шепчет он в губы.
— Простила, — отвечаю ему и сама тянусь за поцелуем.
Сегодня день моей свадьбы. И сегодня я признаюсь Аарону, что беременна. Сама узнала об этом недавно, буквально две недели назад, но решила сохранить секрет.
До места проведения обряда меня будет сопровождать брат. Эмир полностью оправился от влияния и был оправдан. После того, как из его организма вывели всю отраву, которой его поили, у брата стал просыпаться дар целителя.
Что спровоцировало столь быстрое пробуждение стоит только гадать. Но уже сейчас Эмир, несмотря на то, что он ещё не достиг необходимого возраста, в котором на место болезненности приходит дарованная сила, показывает колоссальные успехи. Он уже может снимать головную боль, залечивать царапины и согревать своим дыханием настойки, усиливая их действие.
Эмир усердно учится и почти всегда ходит с книгой. Даже сейчас, пока он ждет, когда меня соберут, в его руках лежит увесистый сборник целебных трав.
Мои волосы укладывают в сложную прическу, украшают гроздями рябины и золотой лентой, символизирующей мой дар.
Мне больше не приходится скрывать, что я одаренная огнём. Ко мне относятся с интересом, но без страха и брезгливости. Общаются на равных и просят о помощи, если необходимо в короткий срок сделать какое-либо изделие из металла или починить старое.
Местный ювелир и вовсе наведывается настолько частенько в гости, зазывая идти к нему в помощники, что Аарон стал всерьез задумываться заняться собственным изготовлением украшений.
В осеннем лесу меня приняли, я наконец-то обрела дом. И пусть Эдгар приехал накануне свадьбы отнюдь не с радостными новостями, сказав, что законопроект об отмене преследования и казни одаренных огнём в зимнем лесу будет принят не раньше, чем через год, а в других местах обитания одаренных и вовсе процесс может затянуться на пятилетия, я спокойна.
Улучшив момент, я узнала у Эдгара и про Элизабет. Никак не получалось забыть, насколько активно она пыталась связать судьбу с Аароном и даже пыталась меня отравить.
Сейчас она находится под стражей, вместе со своим отцом. Оказывается, он передавал данные об изгнанных одаренных ювелиру, за весьма хорошую плату, а тот освобождал преступников от обруча, растягивая металл на шее с помощью своего дара.
Свои действия он объяснил местью за то, что был вынужден скрываться.
Изгнанные одаренные становились бандой и планировали напасть на зимний лес, когда накопят достаточно сил. Сейчас их всех поймали и отправили в темницу.
Мой бывший работодатель тоже оказался за решеткой. Только у людей. Его поймали, когда экипаж перевернулся на дороге из-за сломанного колеса, и все награбленное добро вывалилось на дорогу.
Подозреваю, что это случилось не случайно.
— Эмма, ты прекрасна, — Эмир поднимается с кресла и обходит меня вокруг.
В его голосе слышится восхищение. И, если честно, я и сама в восторге от того как выгляжу.
