— Нет. Я очень переживаю за них.
— Когда в последний раз вы общались?
— Много месяцев назад.
— И вы не думаете обратиться в полицию?
— Я обращалась, в Колумбии. Они ничего не сделали, и я приехала сюда. Я собиралась обратиться к властям, если не смогу самостоятельно выяснить, где мои братья.
Внезапно перед глазами встал образ брата в оковах, гниющего в том подвале, отчего тут же сжалось горло. Но сейчас не время для эмоций. Она разговаривала со своим врагом.
— Да. Конечно. — Детектив раскрыл небольшой блокнот. Написал что-то ручкой. — И как давно вы здесь? В смысле, когда вы прибыли в Колдвелл и откуда?
— Я приехала из Колумбии четыре дня назад. Или пять? Смена часовых поясов сбивает меня с толку. — Она улыбнулась ему. — Детектив, если вы не возражаете, поговорим наверху? Лучше соблюсти конфиденциальность, и в этом зале есть мои клиенты.
Чтобы подчеркнуть свою логику, она склонила голову в сторону двух женщин в другом конце зала. Гармоничная парочка богатеев-авангардистов изучала произведение искусства, выполненное из нарезанных на лоскуты простыней, которыми было задрапировано чучело коровы, стоявшей копытами в унитазах.
— Да, конечно. Покажите дорогу.
Витория провела его через дверь без обозначений и вверх по лестнице, в офис Рикардо. И по дороге она с особой тщательностью подошла к походке, движению задницы и бедер, руководствуясь теорией, что на войне все средства хороши. Однако было сложно добиться нужной плавности. Бедра и икры горели от боли — из-за подъема в гору, а эффект от двух таблеток «Мотрина», которые она выпила четыре часа назад, почти выветрился.
— Сюда, — сказала она, открывая дверь на вершине металлической лестничной площадки.
— Вау. — Детектив вошел в офис. — Круто.
— У моего брата был вкус на определенные вещи.
— Это очевидно. — Де ла Круз прошелся по офису, хотя разглядывать было нечего. — На чем мы… ах, да. Значит, вы ожидаете возвращения своих братьев?
Она закрыла их внутри.
— Должна признаться, что я начинаю серьезно беспокоиться. Это не похоже на Рикардо — взять и испариться на столь долгое время, но, с другой стороны, они же мужчины. Что хотят, то и творят.
Витория пересекла офис и развернула гостевое кресло, стоявшее перед столом на постаменте. Сев в него, она скрестила ноги таким образом, чтобы приоткрылся разрез на юбке.
— Вы в порядке? — спросил Детектив. — Вы поморщились, когда присаживались.
— Ерунда. Просто хорошо потренировалась. — Она улыбнулась. — Мышцы болят после тренажерного зала.
— Мне следует уделять тренировкам больше времени. — Де ла Круз подошел к ней будничной походкой. — Вот это стол. Еще и на платформе.
— Мой брат любил производить впечатление.
— Любил? Или любит?
— Прошу прощения, мой английский не так хорош. — Она прикоснулась к своему лбу. — И где мои манеры? Я давно должна была предложить вам чай или кофе.
— Ничего страшного. Я заскочил в закусочную по дороге. — Он прокашлялся. — Значит, вы живете в Колумбии?
— Да, но у нас есть собственность в разных местах. Сан Паулу, Бразилия, Сантьяго, Чили… о, ну и Пунта-дель-Эсте, разумеется. Мой брат любит недвижимость, и я забочусь о его домах, заведую персоналом и хозяйством.
— Черт, вы покинули экватор и приехали в Колдвелл, Нью-Йорк, в разгар января. Без обид, но вы, должно быть, сильно беспокоились за Рикардо и Эдуардо. Моя жена ненавидит этот сезон в году.
— Вам следует отправить ее в путешествие.
— Она меня любит. — Мужчина улыбнулся и посмотрел на маленький блокнот в руках. — Вы можете сказать, когда примерно разговаривали с кем-то из своих братьев в последний раз?
— Как я уже говорила, это было много месяцев назад. Рикардо звонил мне.
— Как прошел разговор?
Она пожала плечами.
— Как обычно.
— Ничего не показалось странным?
— Прошу прощения, но почему мы обсуждаем моих братьев? То есть я рада по возможности помочь полиции, но я думала, речь пойдет о женщине, которую нашли мертвой?
— Просто пытаюсь нарисовать полную картину. Ваш брат Рикардо — очень видный бизнесмен в этом городе, и сотрудники галереи наперебой утверждают, что не видели его уже год. Как и вашего второго брата. А потом одного из сотрудников галереи находят мертвым прошлой ночью. Слишком много людей пропало. — Он выразительно посмотрел на нее. — Вам следует быть осторожной.
— Вы правы. Кажется, я просто не связала эти события.
— Так, о мисс Марго Форест.
— Извините… разве ее фамилия не Фортескью?
— Ее настоящая фамилия — Форест. Вы пересекались за те пару дней, что вы пребываете в Колдвелле?
Ну спасибо, Стритер, — подумала она.
— На самом деле, — пробормотала Витория, — она зашла в мой офис прошлым вечером… в смысле, в офис моего брата Эдуардо… перед уходом. Хотела поговорить о новом художнике, чьи работы она собиралась привезти.
— Вы не помните имя художника?
Она назвала случайно имя из тех, которые слышала в галерее:
— Дэймар Локаст… или Локаста?
— А, точно. Кто-то упоминал его. — Пометка. Пометка. — Во время разговора с мисс Фортескью поднимались иные темы?
— Нет. — Витория улыбнулась, теребя подол юбки. — Жаль, что я не могу вам помочь.
— Что вы делали в офисе своего брата?
