— Здесь есть помещение для службы охраны?
— Я не знаю. — Она кивнула в сторону двери, через которую они зашли. — Давайте выясним это.
Когда они подошли к выходу, Де ла Круз последовал за ней… и остановился перед тем, как она успела открыть панель.
— Прошу прощения за все это. Знаю, вам, должно быть, очень тяжело.
Она сразу же представила Рикардо в той яме смерти. И когда печаль накрыла ее, Витория ответила надломленным голосом:
— Мне тоже жаль. Мои братья придерживались традиций и порой вели себя жестко по отношению ко мне. Но они очень любили меня, и это чувство было взаимным. Я, правда… я просто хочу выяснить, что произошло.
Де ла Круз кивнул.
— Я тоже потерял близкого человека. Моего бывшего напарника. Один из лучших мужчин, кто встречался мне на пути, но у него были свои демоны. — Темно-карие глаза расфокусировались, словно детектив мысленно ушел в прошлое. — Однажды он просто исчез, и как бы я ни искал, с кем бы ни говорил… я так и не получил ответ, и это снедает меня живьем.
— Значит, вы понимаете мои чувства.
— Полностью. И для меня не важно, торговали ли ваши братья наркотиками или нет. Если они были убиты, если в этом причина их исчезновения, то я выясню, кто это сделал и удостоверюсь, чтобы справедливость восторжествовала. Вы понимаете? Если они действительно были вовлечены в подобные дела, как мы склонны считать? Тогда они были подвержены риску, вряд ли их оставили в живых. Люди, занимающиеся такими делами, низко ценят человеческую жизнь, а когда им угрожают в той или иной мере, то реакция бывает мгновенной — и крайне неприятной.
Витория накрыла рот рукой и закрыла глаза.
В этот раз даже не нужно было специально вызывать образ брата. Он явился сам, преследуя ее, словно призрак.
— Я не хочу даже думать, что им причинили боль, любым способом, — сказала она хрипло. — Особенно Рикардо. Я перед ним в неотплатном долгу.
— Я не подведу вас.
— Спасибо. — Она открыла глаза. — Значит ли это, что Марго была… ну, если здесь происходило что-то плохое… а я отказываюсь верить, что мои братья были причастны… Марго могла быть в сговоре с ними?
— Сейчас мы прорабатываем все версии.
Она положила руку на его предплечье.
— Прошу, вы сообщите мне, если что-нибудь выясните?
— Разумеется, мэм. — Он мрачно кивнул. — Даю вам слово.
Когда солнце начало опускаться за горизонт Колдвелла, и пробки наполнили городские улицы и выезды на шоссе, Джо Эрли сидела за своим рабочим столом в «Колдвелл Курьер Жорнал», стиснув пальцами голову, раскалывающуюся от мигрени.
Так же аккуратно прикасаешься к бомбе с ударным детонатором, оберегая ее от любых потрясений.
Головные боли мучали ее последние пару недель, и с каждым разом они становились интенсивней. Конкретно эта мигрень вывела ее на принципиально новый уровень агонии, с чувствительностью к свету, давлением в основании шеи и подступающей тошнотой — святая троица, без которой она бы обошлась с превеликой радостью.
Закрыв глаза, Джо пришла к выводу: как бы она не гордилась своей логикой, сейчас становилось очевидно, что у нее опухоль.
Или, как говорил Арнольд Шварценеггер в «Детсадовском полицейском»[81],
Отбрасывая шутки, может, дело в перенапряжении глаз? С тех пор, как она устроилась на должность контент-редактора сайта «ККЖ», она проводила много времени перед экраном. Работая администратором в риэлтерском агентстве, она занималась составлением расписания и решением разных вопросов, однако новая должность предполагала только компьютерную работу…
— Как насчет «Мотрина»?
Когда знакомый мужской голос проник в ее уши, как нож для колки льда, она почти сказала говорящему, чтобы он выключил Паваротти[82]. Но возникло ощущение, что все же дело в ней, а не в мужчине.
Открыв глаза, Д посмотрела на серьезное хипстерское лицо Билла Эллиота.
— Боги, эту мигрень ничем не снимешь.
— Может, стоит проверить диоптрии?
— Я не ношу очки.
— Так, может, нужно?
Да, благодаря Биллу она получила эту работу, он и его жена Лидия открыли для нее двери своего дома, хотя им было чуть за тридцать. С другой стороны, брак и ипотека разделяют возрастные группы сильнее, чем разница в несколько лет.
Это как сравнивать одиннадцатилетнего, только вступившего в пубертатный возраст, и четырнадцатилетнего, который уже идет на первое свидание.
Пропасть.
— Я запишусь на прием. — Откинувшись на спинку, она размяла плечи. — Ты уходишь на весь день?
— Почти. Ты хочешь проверить тот склад со мной или нет?
— Я бы с радостью. — Джо посмотрела на монитор… а потом опустила взгляд на стол, когда боль в голове усилилась. — Но я не в состоянии куда-либо выходить.
— Трой, наверное, тоже будет.
— Жаль, что я не смогу.
Билл накинул пальто, а потом повязал сверху красный шарф.
— Дай знать, если нужно что-нибудь?
— Обязательно. И позвони, если обнаружишь что-нибудь на том складе.
— Заметано. — Он улыбнулся. — Надеюсь, тебе полегчает.
Когда парень вышел, Джо поднялась на ноги и осмотрелась по сторонам. Открытое пространство отдела новостей было практически пустым, телефоны молчали, народ оставил свои кабинки, и жизнь замерла.
