Вернись с войны. В московский переулок,Тебя встречавший после всех прогулок,Шатаний по горам и городам.Рассортируй свои заметки, фотки,Листай раз в сутки фронтовые сводки,Следи за теми, кто остался там.С войны привозят гильзы и патроны,Осколки мин и мятые шевроны,Два камешка с большого терриконаИ прочий черный, бессловесный стафф,Чтоб было чем кормить скорбей ораву,Имея беззастенчивое правоНа едкую ухмылку на устах.С войны привозят головные боли,Дырявый от «контакта» в снежном полеРюкзак и недосмотренные сны.Дом друга, развороченный снарядом…А для того, чтоб был свидетель рядом,Я кролика принес домой с войны.Оглохший от смертельного набатаЗверек, не хуже всякого солдата,Полгода бегал по передовой.По сути, жизнь его гроша не стоит,Но если смерть на всех нас планы строит,Пусть кто-нибудь останется живой.И в том, что я не дрался под ШахтерскомИ выглядел мудацким и позерскимМой гонор боевой со стороны,Я виноват. Но, не впадая в краску,Сам выдумал дешевую отмазку:Мол, кролика домой принес с войны.Кирилл Романовский 25 января 2015 года<p>Часть первая</p><p>Неизвестные страницы</p><p>Предисловие</p>Когда коллеги разбирали рабочие архивы Кирилла Романовского, обнаружилось некоторое количество интервью с бойцами ЧВК «Вагнер», ранее нигде не использованных. Аудиозаписи, сделанные непосредственно в Сирии, Ливии и ЦАР, содержат рассказы об опыте работы конкретных бойцов и инструкторов, в том числе в локациях, ранее не упоминавшихся (в частности, в Судане и Мозамбике). Иногда Кир опрашивает сразу несколько участников одних и тех же событий, что позволяет увидеть их с разных ракурсов — глазами штурмовика, гранатометчика, зенитчика и т. д.
Расшифровки приведены в полном объеме, максимально сохранена живая речь и манера разговора конкретного человека. К ряду жаргонизмов (дырчик, ШО и тому подобное) даны расшифровки.
<p>Респондент 1</p><p>«Обстановка охрененная!»</p>— В Компанию[3] я пришел в семнадцатом, да. Все ж произошло после Украины. На Украине мы ж все фактически воевали, я — тоже. Меня это тоже не минуло. Я воюю вообще с 25 лет. С первой чеченской войны. Чечня, потом — Абхазия, осетинско-грузинский, Украина, потом здесь вот.
На Украину как попал? Как, в принципе, попадали очень многие. Заболело сердце, у меня полсемьи оттуда, из Днепропетровска, отец сам родом оттуда же. Мы сами кубанские, с Геленджика. И все, и поехал на Украину добровольцем. Никакие деньги не получал. Про нас там говорили, что мы какие-то наемники, но ничего этого не было.
[Поехал] в самом начале, в июне 2014 года. Подразделение называлось некое «ОбронОдесса». Командиром был там Фома, может, слышали. Подразделение потом разоружили. Ну, оно само по себе было хорошее. Ребята съехались все боевые, не первый раз. То, что там делалось в штабе, мы не знали. Мы все были на боевом. Мы воевали: Первозвановка, Пятигоровка, Переможное штурмовали, Луганский аэропорт, на Желтом, на Северском Донце выполняли задачи, но все это бесплатно, конечно. Все это вообще полностью бесплатно. Кушали, пили, что бог пошлет, как говорится. Что люди передадут, тем нас и снабжали. За спасибо, короче.
— А как про Компанию узнал?
