На следующий день Гарри отправился к миссис Тонкс пораньше, чтоб успеть поговорить с ней до прихода друзей. Разговор имел неожиданный результат: Андромеда категорически отказалась от каких бы то ни было ритуалов и попросила Гарри даже не пытаться их проводить, в виду крайней опасности этих действий для юноши-полукровки. Поттер, видя такую реакцию, замолк на полуслове, так и не сказав, что стал полноправным главой рода.
Праздник удался на славу. Пришли Рон, Гермиона и Джинни, подружки и коллеги Тонкс, соседи миссис Тонкс. Тедди улыбался и что-то напевал на своем птичьем языке, взрослые смеялись, шутили и снимали всех на колдофото. Когда гости уже расходились, погода испортилась и пошел сильный дождь, а у миссис Тонкс разболелась голова, и Поттер убедил ее прилечь, пообещав присмотреть за крестником. Гарри и ребята убрали со стола, потом Рон ушел провожать Гермиону, а Джинни осталась. Поттер по-магловкси вымыл посуду, пока Джинни игралась с так и не уснувшим Тедди. Она явно намеревалась переночевать здесь вместе с Гарри, однако ближе к полуночи он ее таки убедил, что справится сам, а ее ждет Молли. Так Поттер остался наедине с сопящим малышом.
Упускать такой удобный момент было нельзя. Не смотря на отрицательное отношение миссис Тонкс к ритуалам, Гарри не собирался отказываться от своих намерений. Ни Андромеде, ни мальчику ничего не грозило: в худшем случае, род бы просто не принял ребенка и все. Никаких последствий. Поэтому в первом часу ночи Гарри взял на руки Тедди и исчез с ним в камине. Миссис Тонкс должна была спокойно проспать до утра, выпив сделанный Поттером чай (Кричер принес нужные травы).
От путешествия по Каминной сети Тедди проснулся, но не заплакал, а с любопытством стал рассматривать незнакомую ему обстановку особняка Блэков. Он оставался спокоен и когда крестный произносил слова представления Теодора Ремуса Люпина роду Блэк. А когда Гарри поднес его к алтарному камню, рассмеялся и несильно шлепнул по нему ручкой. Камень отозвался одобрительным гудением и волной тепла и света, прокатившейся по дому. Волна света и гудение возникали всякий раз, когда Гарри и подражавший ему Тедди ставили ладони на алтарь, подтверждая снятие родовых проклятий с Андромеды Тонкс. Род действительно принял возможного наследника, что подтвердили с легким удивлением и радостью портреты, когда глава рода притащил улыбающегося и агукающего малыша на пятый этаж. Гарри пронес Тедди перед всеми портретами, а тот радостно тянулся ручками к рамкам картин. Ребенок был абсолютно доволен ночным приключением. По возвращению домой он попил немного смеси из бутылочки и преспокойно заснул.
Когда Андромеда Тонкс проснулась утром, то обнаружила в детской улыбающегося во сне внука и его крестного, свернувшегося в клубочек в кресле. О произошедшем ночью она так и не узнает, а улучшившееся самочувствие не заметила, занятая заботой о внуке. Внук, кстати, на следующий день устроил всем сюрприз, стихийным выплеском магии притянув к себе любимые игрушки. Женщина тогда еще удивилась, мол, рановато, три месяца, как у образцового чистокровного малыша. Но настоящее удивление Андромеда Тонкс испытала месяц спустя, застав на пейзаже рядом с кроваткой внука Кастора и Проциона Блэков (тех еще ревнителей чистоты крови), воркующих над малышом. Увидев застывшую на пороге женщину, они ворчливо попеняли, мол, жаль, что у такого хорошего малыша нет «звездного» имени, непорядок это. На вопрос, а что они, собственно, забыли в доме предательницы крови и изгнанной из рода, спесивые хрычи, ни капли не смущаясь, ответили, что «должны же они были увидеть ребенка, которому один непутевый зеленоглазый мальчишка умудрился оставить в наследство все имущество рода Блэк».
Франко эту историю поведали сами портреты, когда он недавно заглянул в галерею рода. Кстати, тем, что ни в прошлом, ни в нынешнем имени главы рода нет «звездного», нарисованные предки также не слишком довольны. Узнав, что миддлнейм Франко себе придумать забыл, портреты с головой ушли в бурную дискуссию, выбирая, какое имя подходит нынешнему беспутному главе. Спорят до сих пор, обещали прислать Кричера, когда выберут.
В сущности, то, что утро понедельника Поттер встретил с больной головой, заложенным носом, дикой слабостью и абсолютной неспособностью сказать хоть слово, было абсолютно закономерным. И дело было не в попадании под ливень и не в игре в хэкисэк до упаду накануне, нет, все было гораздо проще: Андромеда Тонкс не зря предостерегала Гарри от проведения каких-либо ритуалов и обрядов в доме Блэков. Они действительно были опасны даже для чистокровных, прежде всего так называемым «откатом».
