Никто не возражал. В первый раз победила женщина, во второй – зазывала.
– Ну что ж, включайте магнитофон. – Продавец насекомых начал свое признание. – Главное, что привело меня в силы самообороны, – это форма и оружие, к которым я всегда испытывал слабость. Но разочарование наступило очень скоро. Я с детсада был не приспособлен к коллективным действиям и надеялся с помощью мундира избавиться от этого своего природного недостатка. Но мои надежды оказались слишком наивными, уж лучше было бы мне постричься в монахи. Я свалял дурака: стал красть казенное оружие и продавать его. А посредником был… Ну это он нам сейчас сам расскажет.
Продавец насекомых исподлобья взглянул на зазывалу. Тот прикрыл рукой микрофон.
– Это против правил. – Язык у него заплетался, хотя по лицу не было видно, что он пьян. – Каждый сам должен рассказать о своем «хвосте». К тому же дело это давнее.
– Хорошо, пусть давнее. Уберите руку. Он получил от меня три пистолета – это точно. На четвертом я завалился. У нас устроили выставку лучших в мире образцов оружия, там был выставлен бельгийский пистолет «М. W. Bon», вы должны знать о нем – это необычное оружие: по мощности не уступит пулемету, а размером с револьвер. Единственный недостаток – непомерная цена. Мог ли я безучастно пройти мимо? Я обладал обширными познаниями в области оружия, и мне удалось получить специальный пропуск якобы для изучения экспонатов. Там было выставлено около тысячи образцов. У входа установили компьютерное устройство, и контроль осуществлялся весьма деликатно. Посетитель вкладывал пропуск в компьютер, и тот помечал имя и вес. При выходе пропуск вкладывался снова, и, если разница в весе была более трехсот граммов, дверь тут же захлопывалась и раздавался звонок. Что, вы думаете, я предпринял?
– Решил выносить по частям – в разобранном виде, – высказала более чем очевидное мнение женщина.
– Так я и поступил. Вынул из пистолета все мелкие детали. Но что было делать с корпусом – он один весил восемьсот граммов.
– Все понятно. – Это была моя любимая тема. И я мог ответить гораздо лучше, чем женщина. – Нужно было принести что-либо весом в пятьсот граммов и оставить вместо корпуса.
– Свеженькая мысль, – презрительно бросил он. – Там не такие простаки служили в охране. Уходя, нужно было включить сигнал, указывающий на окончание работы. Если после того, как отойдешь от стола на метр, там оставался какой-то посторонний предмет, загоралась красная лампочка. Можно было бы использовать стоящий неподалеку бачок для мусора, но стоило бросить в него вещь, весившую более пятидесяти граммов, как раздавался сигнал тревоги.
– Ловко… – Зазывала с насмешливым видом водил пальцем по колену, рисуя квадраты.
– Не задирайся. – Женщина сбросила туфли без задников, похожие на сандалии, и уселась, скрестив ноги.
– Во всей этой системе было лишь одно слабое место. – Продавец насекомых покивал головой и горделиво вытянул губы. – Какое бы вы думали? Фонтанчик для питья. Осуществлялся строжайший контроль за входом и выходом, но зато существовал фонтанчик для питья. Около него меня и озарила мысль… Открыть секрет?.. Я налил в полиэтиленовый пакет шестьсот кубических сантиметров воды и пронес с собой.
Молчание. Нужно было время, чтобы понять и оценить идею.
– Но вы же сказали, что в конце концов ваша затея окончилась провалом, – тихо произнесла женщина.
– Почему провалом? Все было проделано самым лучшим образом.
– И за это вас выгнали?
– Нет, никто ничего не заметил. Украденный пистолет я спрятал в казарме в подушку и был сам не свой от радости, что так ловко провернул дельце. Идиот, знал ведь, что есть прибор для обнаружения металла. Затеяли проверку в казарме… Ну я и попался. Так всегда – стащить легче, чем спрятать.
– Ваш «хвост» липовый, вроде как у ящерицы. – Зазывала удобно примостился на подлокотнике дивана и допил остатки пива. – За это вас выгнали из сил самообороны, значит теперь за вами уже никакой вины нет.
– Не болтайте зря, на меня до сих пор объявлен розыск. Просто я смылся, и меня не смогли упечь в тюрьму. Ну хватит, теперь ваша очередь. Только не забудьте – говорить одну правду.
Зазывала взглянул на меня, на продавца насекомых и надолго замолчал. Потом, шмыгнув носом, посмотрел на женщину. Наконец, махнув рукой – ничего, мол, не поделаешь, – полез в задний карман брюк и достал пачку карточек.
– Вот, смотрите. Эти карточки все равно что живые деньги. Выдают их кредитные конторы, я открыл счета в двадцати шести из них. А всего таких контор больше тридцати, их общий капитал составляет семьдесят миллионов иен. Я когда-то сам занимался таким бизнесом и знаю, как втереться в доверие и получить карточку. Теперь почти во всех конторах висят мои фотографии.
– Потому-то вы и прибегли к маскировке? – Одно из моих подозрений растаяло, и я вздохнул с облегчением.
– Кажется, есть шпики, которые охотятся специально за мной, обещано немалое вознаграждение… Так, во всяком случае, говорят. Я рассказал все. Выключайте магнитофон.
