Восхитительная ложь полностью

К счастью для Лиама, Сирша прочищает горло и поднимается на ноги, прежде чем я успеваю по-лебединому нырнуть с края своих моральных устоев и приземлиться головой вперед на то, что известно как территория моего социопата-убийцы.

Несмотря на то, что быстрый уход Сирши с колен Лиама, возможно, спас его задницу, напоминание об этом все еще заставляет мой желудок сжиматься в тугие кольца, а во рту появляется пена от гнева.

Больше не нужно сидеть и ждать, наблюдая за ней издалека. Пришло время заявить о себе. Я пообещал ей, что скоро увидимся, а я не даю обещаний, которые не могу сдержать.

Уверенной походкой я привел ноги в движение, крадучись вперед, как лев, ищущий свою добычу.

Как только я достигаю октагона, я подтягиваюсь к краю полотна и прислоняюсь к ограждению. Лиам бросает на меня взгляд краем глаза, затем поднимается на ноги.

Враждебность, скрывающуюся за его ядовитым взглядом, ни с чем не спутаешь. Но, как всегда, я не позволяю эмоциям других людей беспокоить меня. Итак, не теряя времени, я вхожу в октагон, нежеланный и, несомненно, без приглашения.

Ну что ж, дьявол никогда не стучит. Он просто врывается. К черту последствия.

Честно говоря, меня ничуть не волнует, что элитный принц Киллибегса думает о моем вторжении.

Я Король. И он только что провел своими грязными руками по моей королеве. Поправьте меня, если я ошибаюсь, но это опасный ход. Не говоря уже о глупости.

Увы, Деверо не знает о своих проступках, так что я оставлю это без внимания… пока. Он использовал свой единственный бесплатный билет выхода из тюрьмы. В следующий раз такого не будет.

— Чего ты хочешь, Ри? — Спрашивает Лиам, его голова слегка наклоняется влево, а уголки глаз сужаются.

Его холодные, отрывистые слова заставляют мои губы приподняться в изумлении. Хотя мы оба тусуемся в одной компании, не секрет, что оба близнеца Деверо ненавидят все, что связано со мной, и фамилию, которой я пользуюсь, как будто это ядерное оружие.

Ревность будет делать это с людьми. Они не могут смириться с тем, что стоят на ступеньку ниже меня в пищевой цепочке, и если я добьюсь своего, они останутся такими на неопределенный срок.

Не смущенный его доминирующим поведением, я смотрю мимо него, зарабатывая себе рычание.

— Полегче, тигр. Не нужно показывать зубы, — насмехаюсь я, с вызовом приподнимая бровь. Я фиксирую свой взгляд на Сирше. — Привет, любимая. — Слова слетают с моего языка. — Кажется, мы снова встретились.

Проходят секунды, прежде чем она набирается смелости, чтобы встретиться со мной взглядом. Затем, наконец, она поворачивает эти уникальные янтарные глаза в мою сторону, привлекая каждую каплю моего внимания. Что-то чужеродное покалывает мою кожу, и на долю секунды расширенные глаза Сирши заставляют кровь стечь по моим венам.

Это страх, который я вижу танцующим в ее глубинах? Да, пульсирующая вена на моем члене подтверждает.

Питаясь ее страхом, я продвигаюсь вперед, делая медленные, невозмутимые шаги, пока не сталкиваюсь лицом к лицу с ее ложно доверенным защитником.

Он не защитит тебя, любимая. Никто не сможет. Не от меня.

Я не скучаю по сильному сглатыванию или дыханию, которое она перехватывает за своими пухлыми губками.

Все ее тело напрягается, позвоночник вытягивается, когда она заставляет себя выпрямиться. Узнает она меня с той ночи или нет, остается загадкой. Но одно можно сказать наверняка: ее тело помнит, что я заставил ее почувствовать — сильный паралич от парализующего трепета.

Я вижу, как это ясно, как день, написано на ее напряженных плечах. Страх доминирует в ее широко раскрытых глазах, страх, направленный на меня и только на меня.

Я делаю шаг вперед, и у нее перехватывает дыхание. Один слышимый вдох, и она каким-то образом высасывает весь кислород из комнаты. Затем, сделав шаг назад, она встает позади Лиама, используя его крепкое тело в качестве барьера. Мало ли она знает, я мог бы уложить его одним небольшим маневром, но я этого не сделаю. Во всяком случае, пока.

Лиам приходит в движение, выталкивая себя вперед и сокращая минимальное пространство между нами. Затем, нос к носу, он пытается, но безуспешно, запугать меня.

— Что ты только что сказал?

— Лиам, — поддразниваю я. — Я не попугай. Поэтому я не буду повторяться. — Я смотрю мимо него, игнорируя его убийственный взгляд, и дерзко подмигиваю Сирше. Ее плечи сгибаются вперед, и, сгибая свое тело внутрь, она уменьшается в размерах.

Нет, так не пойдет. Королева никогда не должна кланяться, независимо от того, насколько она напугана.

— Не смотри на нее, — рычит Лиам, как пещерный житель, возвращая мое внимание к нему. Выражение его лица напрягается, похоже, его не впечатляет отсутствие у меня насмешек. Мое присутствие нервирует его, как и должно быть.