На ее коленях лежала фотография, сделанная на фоне корпусов академии «Пандемониум». На переднем плане стояли улыбающиеся студенты. Сергей Белобров, мэр Клыково, обнимал за талию Наталью Степанову – бабушку Жени. Рядом с ними на плетеных креслах сидели совсем еще молодые Ангелина Зверева и Ирма Морозова. Карина и Алиса сразу их узнали, ведь уже не раз видели их старые снимки. Позади женщин стояли трое мужчин – Алексей Бирулин, Марат Закревский и Борис Макарский. И все люди с этого снимка уже были мертвы. Убиты Змееносцем.
Карина и Алиса испуганно переглянулись.
– Это же вторая половина того снимка, из-за которого убили Ленку Симбирцеву, – прошептала Василисина. – Видишь?
Она показала на левый край фото. Эта группа и правда располагалась не по центру кадра, а чуть в стороне. Карина тут же вытащила из кармана телефон и быстро нашла в нем снимок, который недавно прислала Серафима Долмацкая. Девочки сложили два снимка. Алиса оказалась права. Когда-то это была одна большая фотография, но затем, по какой-то причине, ее разрезали пополам.
– Кто из них остался в живых? – спросила Алиса, рассматривая обе фотографии.
Марина, Степа и Настя, привлеченные их разговором, тоже склонились над снимками. Карина начала водить пальцем прямо по лицам запечатленных людей.
– Ирма Морозова, Стрелец. Застрелена в развалинах «Геликона». Алексей Бирулин, Козерог. Застрелен на заброшенной метеостанции. Михаил Шорохов, Водолей. Застрелен в своем кинотеатре… Наталья Васильевна, Рыбы. Сброшена под поезд… Иван Поликутин, Овен. Заколот в собственном доме…
– Господи, как страшно, – пролепетала Настя. – У меня мороз по коже от каждого имени…
– Не у тебя одной, – тихо произнесла Карина и продолжила: – Мэр Белобров… Про него пока ничего толком не известно, но он тоже мертв. И он есть на этой фотографии. Думаю, он был Тельцом. Ангелина Зверева, Близнецы. Застрелена на красной дорожке… Борис Макарский, Рак. Убит в тот же день, когда стреляли в Женю… Марат Закревский, Лев…
Голос Карины предательски дрогнул. На глаза вдруг навернулись слезы.
– Ксения Соловьева сбежала из города, – продолжила Алиса. – Мы не знаем, состояла ли она в Королевском Зодиаке. Как ничего не знаем и о Доминике Поветруле, матери Миланы. Еще тут стоит Платон Долмацкий… И какая-то незнакомая девушка. Вы ее не знаете?
Все ребята начали разглядывать полненькую девушку в ученической форме академии «Пандемониум». В толстых очках, с двумя смешными хвостиками на голове, она широко улыбалась, показывая блестящие брекеты.
– Понятия не имею, кто она, – покачал головой Степа.
Настя и Марина ее тоже не узнавали.
– Да и жива ли она еще? – спросила Карина.
– Значит, осталось четверо. Эти люди еще живы, либо мы ничего не знаем об их судьбе, – проговорила Алиса Василисина.
– Но Платон Долмацкий – это точно Скорпион, – шепотом произнесла Карина.
Лариса Аркадьевна это услышала и повернулась к ученикам.
– Прикусите-ка языки, ребятушки, – хмуро сказала она. – У вас еще будет время все обсудить. И обо всем нам рассказать.
Дальнейший путь до академии они проделали молча.
В особняке Татьяны Белобровой работала следственная бригада. Окна дома ярко светились в темноте, входная дверь была распахнута настежь. Полицейские обыскивали комнаты, снимали отпечатки пальцев, брали образцы крови. Работы предстояло очень много. На первом этаже были обнаружены тела владелицы особняка и ее горничных, в гостиной и столовой все было перевернуто, словно здесь произошло побоище. Мало того, на улице перед воротами дома полиция нашла еще одно тело. Это был Марат Закревский, известный журналист из Санкт-Эринбурга.
– Не везет в Клыково приезжим репортерам, – мрачно отметил шериф, наблюдая за тем, как тело грузят на носилки.
Судя по всему, Закревский был ранен в особняке, а уже потом покинул его. Следы крови, ведущие от дверей дома по мраморным ступеням лестницы до самых ворот, это подтверждали. Он добрался до тротуара, и здесь на него снова набросился убийца. Закревский сумел дать ему отпор, об этом говорили кровавые брызги на улице. Кроме того, рядом с телом обнаружили странного вида оружие с серебряными шипами и лезвиями. Похоже, принадлежало оно погибшему журналисту, что только добавляло загадок.
Доминика Поветруля приехала на место происшествия вместе с шерифом. Увидев тело Марата, она сначала лишилась дара речи. Но быстро взяла себя в руки и принялась фотографировать все на телефон для будущей статьи, пока Мезенцев не запретил ей делать это.
– Но мне нужно чем-то занять себя, иначе я с ума сойду, – призналась Поветруля. – После всего, что мы пережили вместе… А еще я хорошо знала Марата. Может, по мне незаметно, но меня сильно расстроила его смерть.
– Вам вообще не стоило сюда приезжать. Остались бы в участке или отправились домой. Все кончилось, теперь вам можно отдохнуть.
– Отдыхать я не собираюсь, – покачала головой Доминика, – пока не удостоверюсь, что опасность миновала.
Они снова вошли в дом, где полицейские извлекали из погасшего камина то, что осталось от Татьяны Белобровой.
