Едва ступив на берег, мужчины, хоть никто их об этом не просил, приняли меры предосторожности. Джуилин, с узлом на спине, шел впереди. Он держался настороже и обеими руками сжимал свой посох. Замыкал шествие Том Меррилин. Несмотря на хромоту, седину и плащ менестреля, он каким-то образом ухитрился придать себе внушительный и грозный вид.
Найнив поджала губы, но возражать не стала, что Илэйн сочла вполне оправданным и разумным. Пройдя по длинному каменному причалу не больше полусотни шагов, девушка заметила не только работавших тут грузчиков – как местных, так и с торговых кораблей, – которые передвигали ящики, носили тюки или таскали мешки, но и многих других людей, – узкоглазые, с голодными лицами, они слишком уж внимательно приглядывались к сошедшим на берег женщинам. Илэйн полагала, что любой из этих молодчиков готов перерезать ей горло, в надежде обнаружить под платьем припрятанные деньжата, – платье-то на ней как-никак шелковое. Не то чтобы Илэйн боялась нападения – она не сомневалась, что без труда одолеет двоих-троих грабителей. Пугала ее возможная огласка. Что толку прикидываться, будто не имеешь отношения к Белой Башне, если придется использовать Силу на глазах у доброй сотни людей? Зачем тогда было снимать и прятать кольца Великого Змея? Пусть уж Том и Джуилин напускают на себя свирепый вид. Жаль, что их только двое, – тут бы и десяток сопровождающих не повредил.
Неожиданно с палубы небольшого суденышка раздался громкий крик:
– Вы?! Да никак это вы! Вот так встреча!
Круглолицый здоровяк в зеленом шелковом кафтане спрыгнул на причал и, не обращая внимания на поднятый посох Сандара, уставился на Илэйн и Найнив. Судя по выговору, бороде и отсутствию усов, он был иллианцем. Илэйн показалось, что где-то она его уже видела.
– Мастер Домон? – после некоторого замешательства промолвила Найнив, дергая себя за кончик косы. – Байл Домон?
Он кивнул:
– Я самый и есть. Вот уж не чаял увидеть вас снова. Там, в Фалме, я ждал вас, пока не пришло время уносить ноги, ну а потом отчалил, не то от моего корабля остались бы одни головешки.
И тут Илэйн узнала его. Этот человек подрядился вывезти их из Фалме, но хаос охватил город прежде, чем они успели добраться до корабля. Судя по щегольскому наряду, дела у него с тех пор шли совсем неплохо.
– Рада видеть вас снова, – суховато сказала Найнив, – но, вы уж простите, мы торопимся. Нам надо найти пристанище в городе.
– Это не так-то просто. Танчико переполнен народом, того и гляди лопнет. Но я знаю одно местечко, где мое слово кое-что значит. Я и правда не мог дольше задерживаться в Фалме, но все равно чувствую себя так, словно подвел вас, вот и хочу помочь, чем могу. – Неожиданно Домон взглянул на них с беспокойством. – А сюда вы зачем пожаловали? Неужто и здесь случится то же, что в Фалме?
– Нет, мастер Домон, – произнесла Илэйн, пока Найнив колебалась. – Разумеется, нет. И мы будем рады воспользоваться вашей помощью.
Вопреки ее ожиданиям Найнив не стала протестовать. Она лишь задумчиво кивнула и представила друг другу мужчин. Бросив взгляд на плащ Тома, Домон приподнял бровь – на какое-то мгновение Илэйн почудилось, будто он узнал менестреля, – а тайренский наряд Сандара заставил его нахмуриться. Ловец воров тоже смотрел на иллианца исподлобья. Ни тот ни другой не промолвил ни слова, однако было ясно, что старая вражда между Тиром и Иллианом дает о себе знать даже в Танчико. Ну что ж, если они вздумают дать ей волю, придется поговорить с ними построже.
По пути с причала Домон рассказывал о том, что приключилось с ним после бегства из Фалме. Выяснилось, что он и впрямь изрядно преуспел в делах.
– О дюжине хороших судов для прибрежного плавания панаршие сборщики налогов, конечно, знают, – посмеивался Байл, – но им и невдомек, что у меня есть еще четыре судна с большой осадкой.
Трудно было поверить, что такое богатство за столь короткое время заработано честным путем. Илэйн дивилась тому, что он, не таясь, говорит об этом на причале, где полно народу.
– Именно, – хмыкнул он, будто прочитав ее мысли, – понятное дело, я промышляю контрабандой. Барыши, скажу я вам, такие, о каких раньше и не мечтал. Ну а поскольку я не скуплюсь и добрая десятина моих доходов оседает в карманах здешних таможенников, они закрывают на все глаза и предпочитают помалкивать.
Два тарабонца в шляпах с вуалями, держа сцепленные руки за спиной, чинно проследовали мимо. На шее у каждого на толстой цепи висел массивный медный ключ – по-видимому, отличительный знак должностного лица. Оба поприветствовали Домона кивком, как старого знакомого. Тома это, казалось, потешало, а вот Сандар посматривал и на контрабандиста, и на чиновников с равным неодобрением. Будучи ловцом воров, он, естественно, испытывал неприязнь ко всем, кто попирает закон.
– Сдается мне, однако, – сказал Домон, когда таможенники прошли мимо, – все это долго не продлится. Дела в Арад Домане обстоят еще хуже, чем здесь, хотя хуже, кажется, уже некуда. Может, лорд Дракон пока и не довел мир до нового Разлома, но Арад Доман с Тарабоном уже покорежил изрядно.
