Илэйн хотела было сказать ему какую-нибудь колкость, но они уже дошли до края пристани, и Домон нанял носильщиков и портшезы. Не забыл он подрядить и дюжину крепких, свирепых на вид молодцов. Проход на пристань охраняли вооруженные мечами и копьями стражники, выглядели они очень устало, совсем не по-солдатски. Вдоль ряда причалов, отделенных от города широкой улицей, на другой ее стороне, толпились изможденные, отчаявшиеся люди. Порой они бросали взгляды на корабли, но смотрели они главным образом на стражников, которые не допускали их на причал. Илэйн вспомнила рассказ Джорин о том, как сотни людей умоляли ее увезти их куда угодно, лишь бы подальше от Танчико, и поежилась. Когда эти люди смотрели на суда, в их глазах горел голодный огонь. Илэйн напряженно выпрямилась в покачивающемся портшезе и старалась не смотреть на расталкиваемых телохранителями людей. Она не могла видеть их лица. Чем занят здешний король? Почему он не заботится о своих подданных?
Над воротами оштукатуренного белого дома у подножия Великого Круга, куда привел их Домон, висела табличка с надписью: «Двор трех слив». Двор при этой гостинице действительно имелся – простой, вымощенный плитами дворик между высокой наружной стеной и фасадом трехэтажного здания. На первом этаже окон не было, а окна верхних этажей прятались за фигурными металлическими решетками. Общий зал был полон посетителей, большей частью в тарабонской одежде. Гул голосов почти заглушал звуки цимбал.
Найнив опешила при виде хозяйки гостиницы – хорошенькой женщины чуть старше ее самой, с карими глазами и косами цвета светлого меда. Вуаль не скрывала пухлых и сочных, как свежий бутон розы, губ. Илэйн тоже насторожилась, но нет, это была не Лиандрин. А как похожа! Судя по всему, хозяйка была хорошо знакома с Домоном. Она приветливо улыбнулась Илэйн и Найнив, выразила восторг по поводу того, что в ее заведении остановится менестрель, и отвела новым постояльцам последние две комнаты, причем, как показалось Илэйн, плату назначила ниже обычной. Илэйн позаботилась о том, чтобы в отведенной ей и Найнив комнате была достаточно широкая кровать, поскольку знала, что ее спутница во сне ворочается и толкается локтями.
Рендра – так звали хозяйку – по просьбе новых гостей подала им ужин в отдельную комнату. Илэйн с подозрением рассматривала диковинное, на ее взгляд, блюдо – жареного барашка в яблочном желе с пряностями, с гарниром из чего-то вроде длинных желтоватых бобов, приготовленных с кедровыми орехами. Она не могла заставить себя притронуться к еде, вспоминая толпы голодных людей. Домон ел с удовольствием – добытое контрабандой золото не умеряло его аппетита. Том и Джуилин тоже не выказывали сдержанности.
– Рендра, – тихонько спросила Найнив, – скажи, в этом городе кто-нибудь заботится о бедных? Я могла бы пожертвовать несколько золотых, лишь бы это пошло им на пользу.
– Можешь пожертвовать на кухню, которую содержит Байл, – ответила хозяйка, улыбаясь Домону. – Вот уж кто благодетель всех наших нищих. От уплаты любых податей он увиливает, зато сам себя обложил налогами в пользу бедных. Ежели потратит крону на подкуп чиновников, тут же пожертвует две на неимущих. Он и меня подбил заняться благотворительностью, хотя, в отличие от него, я плачу налоги исправно.
– Ну, это всяко меньше, чем здешние подати, – пробормотал, будто оправдываясь, Домон. – Прибыль у меня хоть куда, оставь меня удача, коли это не так.
– Это хорошо, мастер Домон, что вы готовы помогать людям, – сказала Найнив, когда Рендра и двое молодых слуг в вуалях удалились, а Джуилин с Томом встали из-за стола проверить, нет ли кого за дверью. Том с легким поклоном предоставил открыть дверь Джуилину. В коридоре никого не было, и Найнив продолжила: – Нам тоже может потребоваться ваша помощь.
Иллианец замер над блюдом с вилкой и ножом в руках.
– Какого рода помощь? – обеспокоенно спросил он.
– Пока точно не знаю, мастер Домон. Но у вас есть суда, а стало быть, и люди. Нам могут понадобиться глаза и уши. Не исключено, что здесь, в Танчико, находится кое-кто из Черной Айя, и нам необходимо их найти. – Найнив поднесла ко рту вилку с бобами с таким видом, будто не сказала ничего особенного. Словно последнее время она только и говорила, что о Черной Айя.
Зато у Домона челюсть отвисла. Он ошарашенно уставился на Найнив, потом перевел взгляд на Тома и Джуилина. Те, усевшись на свои стулья, кивнули, и он отодвинул в сторону тарелку и уронил голову на руки.
«Этот малый имеет шанс получить от Найнив хорошую затрещину, вон как она губы поджала, – подумала Илэйн. – С какой стати он обратился за подтверждением к ним?»
– Выходит, опять все повторяется, – в конце концов промямлил Домон. – Что в Фалме, то и здесь. Видно, пора мне сниматься с якоря. Вернусь в Иллиан, уведу туда свои суда. Там-то я небось не останусь внакладе, стану степенным зажиточным обывателем.
