Вот только вокруг всё остается спокойным. Не этого я ожидал от глубокого уровня, но грех жаловаться. Так даже лучше, поэтому продолжаю копошиться в бардаке, не обращая внимания на пыль и разлитое давным-давно машинное масло, которое при этом не засохло за такое количество времени.
Больше сундуков найти не удалось, поэтому прошу лягушку вести в следующее место, но тут до слуха доносятся чьи-то шаги. Кто-то приближается из коридора, который меня сюда привел, а других выходов я пока что не вижу. Это вполне может быть враг, так что занимаю укрытие за большим ржавым двигателем и наставляю пистолет на вход.
Как только существо показалось из-за поворота, я смог понять, что оно не совсем похоже на механических монстров, хотя имеет в своей природе неживые детали. Такое ощущение, что это мехалит, которые тоже прошел через Машину Трансмутации, и плоти на нем в разы больше, чем у Шемзума. При этом мехалит опирается на кривую металлическую палку и словно с трудом передвигает нижними конечностями, сильно пригибаясь к полу.
— Я чувствую тебя, воришка, — произносит существо. — Прятаться бессмысленно.
Значит, он знает, что я здесь. Быть может, стоит открыть огонь прямо сейчас? В своей меткости уверен, а защитного покрова арканы я не вижу, так что прострелю ему голову и дело с концом. Однако кое-что меня останавливает от этого, а именно скрип над головой, когда огромное механическое существо на потолке начало двигаться, и теперь смотрит своим красным глазом мне прямо на макушку.
Похоже, мехалит взял его под контроль и даже может смотреть через его глаза, поэтому я решаю вместо боя перейти к переговорам. Поднимаюсь на ноги и выхожу на открытое место, стараясь теперь держать под вниманием и сгорбившуюся фигуру и механического монстра на потолке.
— Я не воришка, скорее мусорщик, — шучу я.
— То, что предметы здесь лежат бесхозными, еще не значит, что они никому не принадлежат. Особенно, если речь о чертежах моего народа, — незнакомец сам подтверждает, что является мехалитом, пускай и очень странным.
— Вы из Фракции Глубин? — в этом случае мне будет просто договориться.
— Нет, я просто брошенный на произвол судьбы человек, который страстно желает вновь обрести жизнь. А вот ты не мехалит с поверхности. Значит, из восходителей? Подобные тебе редко спускаются так глубоко.
Кажется, с этим существом вполне можно поговорить, чем я намерен воспользоваться.
— Ну, можно и так сказать, — киваю я. — Я действительно восхожу по Башне Испытаний. Меня зовут Север.
Свое имя мехалит не называет, продолжая приближаться ко мне. Теперь я лучше вижу, что кожа у него почерневшая, из-под складок ветхого плаща выглядывают щупальца и гноящиеся раны. Да и запашок не самый приятный, будто какая-то техническая жидкость смешалась с биологическим гноем.
— Полностью живой человек, красивый, — хрипло продолжает существо. — Когда-то я тоже был таким, но потом заменил теплое и мягкое тело на этот проклятый металл. И ядра у тебя нет.
— Ядра? Да, я все-таки не мехалит, — я вспомнил объяснение Ньема о том, что внутри мехалитов самым главным компонентом или органом является ядро.
Прочие детали можно заменить, если ты не конфликтуешь с Коллегией Малеатор, а вот повреждение или потеря ядра — это смерть. Теперь понимаю, что натолкнулся на представителя группировки Ядракрадов. Надеюсь, с ним можно договориться, так как у меня все равно нет того, чего бы ему хотелось.
— Ты окружен красотой изменений, — вдруг говорит незнакомец, замерев как вкопанный.
— Эм, спасибо… — даже не знаю, с чем связан этот комплимент.
Это же комплимент, да?
Странный мехалит подходит ближе, все еще скрывая лицо под капюшоном. Наверное, он и другие знают, что выглядят отвратительно, но при этом у каждого свое представление о прекрасном. Коллегия Малеатор хочет вернуть прежние тела для себя и остальных, а Фракция Глубин напротив хочет навсегда остаться в текущем положении. Обоим лагерям противен один из обликов. А вот существо передо мной ближе всех подошло к границе между живым и неживым, но сделало это явно не через Машину Трансмутации.
— Ты отмечен Хаосом, благословлен им, — продолжает мехалит.
— В самом деле? Ясно, — на самом деле ничего не ясно.
— Ты принес печать?
— Какую?
Подошедший почти вплотную собеседник поднимает голову и в целом словно хочет выпрямиться. Неприятный запах от него усиливается, должно быть трудно держать себя в чистоте, когда плоть соседствует с металлом в одной оболочке. Гниющие потертости и мозоли, наверное, меньшие из проблем. Но в самой ауре существа я не вижу признаков явных страданий. Даже напротив, он невероятно спокоен, словно нашел свое место в этом неспокойном мире.
Я понял, что не хочу смотреть на его рожу, даже если это будет выглядеть невежливо. К счастью, мехалит приблизился ко мне с другой целью и показывает пальцем на карман куртки. Помню, что там лежит монета Хаоса, которую пришлось таскать с собой на всякий случай. Вероятно, этот случай прямо сейчас представился.
— Символ изменений! — торжественно произносит мехалит, увидев монету.
— Знаешь, что это?
