Первый подземный, населенный исключительно скелетами, тоже почти пролетели, монстры не представляли из себя особой сложности для слаженной команды, хоть и кидались толпой. А у самой лестницы, ведущей на второй уровень, игра порадовала Хэйт оповещением:
– Мась, тебе «Прах к праху» давали? – поинтересовалась девушка.
– Да, еще в тот раз, на кладбище, – вскинула бровь гнома. – А что?
– Мы гоблинам геноцид устроили, а за них не появилось достижения… Удивляюсь.
Маська хмыкнула.
– За гуманоидов не выдают. За животных тоже. Точный список не афишируют, игроки методом исключения ищут… Но не всегда друг с другом делятся.
– Понятно. Слушай, не хочешь отдохнуть немножко? – Хэйт надумала применить вымученный нуднейшим квестом навык картографа.
Гнома согласилась. Тогда Хэйт достала специальную доску, грифель и уселась прямо на пол в позе лотоса.
– Черт! – с досадой высказала она. – Опыт не удался, придется убить всех. Включая главного гада.
– Годфри? Вдвоем? – усомнилась Мася в здравомыслии приятельницы. – Не думаю, что осилим.
– А придется! – решительно заявила Хэйт. – Вперед и вниз, за подвигами!
Подавая пример, она побежала по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Маська со вздохом побрела следом…
Второй подземный легким назвать язык уже не поворачивался: мумии, гули и низшие вампиры, составляющие компанию неизменным скелетам, изрядно затруднили и разнообразили процесс боев. А если учесть, что кидались они на девушек все разом, и невеликий размер залов исключал возможность беготни по кругу со всей оравой «на хвосте», каждая новая схватка оказывалась сопряжена с изрядной долей риска.
Стало не только труднее, но и интереснее. Обрушивая на скелетообразно-мумиезных тварей топорик, гнома испускала боевой клич, а Хэйт, имевшая свои счеты с нежитью, с горящим взглядом накладывала одно заклинание за другим. А когда мир (хоть и ограниченный промозглой комнаткой с затхлым воздухом) перед глазами начинал меркнуть, подруги выскакивали в пустые коридорчики, бухались прямо на каменный пол и отдыхали.
– Мелочь, а где ты берешь эликсиры? – проявила любопытство Хэйт в один из таких «привалов» (какие именно места были привалены к полу, лучше не уточнять). – На аукционе?
– Как где? – вяло откликнулась Мася. Ее изрядно потрепала последняя кучка уродцев, кучу бутыльков пришлось выхлебать, чтобы уцелеть, так что настроение было не разговорное. – В лавках. Обычно – у гномов.
– Каких гномов? Ни разу в Велегарде ни одного не видела! – искренне удивилась ее напарница. И правда, за все время, с создания персонажа, она встречала в Велегарде только людей-торговцев. Исключение составлял неизменный сотрудник гномьего банка – но там само название как бы намекало.
– Обыкновенных. Невысоких, бородатых… Гномистых! – отмахнулась Массакре.
– Потрясающе! А почему меня не познакомила? Возможно, я из-за тебя упускаю выгоду, – не унималась Хэйт.
– Отстань, а… Потому что они были заняты делом, им было не до тебя, длинной и слишком громкой для нормального, уважающего себя гнома. Укороти уши, а потом уж лезь к моим соплеменникам! И вообще, дай хоть чуточку отдохнуть в тишине…
Мася с видом мученицы закрыла глаза и прислонилась к стеночке.
За стеной что-то ухнуло, взвизгнуло тонким голоском, явно не принадлежащим полуразложившимся трупам, затем визг убавился до тихого писка, к коему присоединился мощный рык, не поддающийся никакому анализу…
– Похоже, у нас и мертвяков гости, – констатировала Хэйт, выпрямляясь во весь рост и отряхивая несуществующие пылинки с предплечий. – Масечка, отдых отменяется. Там сейчас бьют твоих и, заметь – необшаренных! – мобов.
В соседнем зале кипел бой: рослый бронзовокожий воин размахивал двуручником с такой легкостью, словно это была зубочистка, а худенькая златовласка позади него перемежала лечебные заклинания с каким-то святым ударом, неплохо корежащим нежить.
– А хорошо бьются, – прокомментировала увиденное гнома.
Хэйт утвердительно кивнула.
В этот момент низший вампир и гуль отвернулись от мускулистого воина и переключили свое внимание на девушку.
– И-и-и-и! – истерично запищала та, отпрыгнула, заверещала совсем уж пронзительно.
Орк (выпирающие клыки и телосложение недвусмысленно указывали на расовую принадлежность воина) обернулся на звук, с рыком крутанул двуручным мечом. Меч описал дугу, врезался в тела монстров, посягнувших на девичью «честь».
– Девка слишком нервная, а мужик молодец, – вполголоса поведала напарнице Маська.
