Эрику показалось, что он спит и видит сон; все выглядело таким нереальным и происходило так быстро, что соображать и осознавать не было времени. С открытым от недоумения ртом он посмотрел на лежащего в траве окровавленного Воронина, потом поднял ошеломленный взгляд и уставился в черное дуло пистолета.
«Опасность! – ментальный интерфейс чипа замигал красным. – Нейтрализовать?»
«Да!»
Эрик успел отдать команду, прежде чем прозвучал хлопок, и его отбросило назад. В груди вспыхнула неимоверная боль, мир вокруг покачнулся и закружился, мышцы стали ватными, вялыми. Еще один выстрел заставил его упасть на колени, третий – повалиться на траву. Тело пронизала адская боль, но и она ощущалась с каждым мгновением все слабее; звуки постепенно исчезали, свет мерк, словно в театре перед самым началом представления. Других хлопков он почти не слышал, и боль от новых пуль, вспарывающих его плоть, едва ощущал. Однако вскоре и эти чувства растворились в кромешной тьме и абсолютном безмолвии.
Лесное спокойствие нарушил приближающийся рокот моторов. Птицы беспокойно вспорхнули с ветвей и унеслись прочь, звери затихли и попрятались в норы, чувствуя пугающую вибрацию земли. Шум нарастал, медленно превращаясь из тихого гула в страшный оглушительный рев.
Сквозь лес, следуя изгибам неширокой проселочной дороги, катились четыре тяжелые военные машины. Боевой расчет возглавлял грузовик КамАЗ, в котором располагался пункт подготовки информации, за ним следовали две самоходные пусковые установки, каждая из которых несла по две смертоносные ракеты. Колонну замыкала командно-штабная машина – еще один КамАЗ, в котором находился командир расчета и несколько офицеров-операторов. Колонна выдвинулась в сокращенном составе из-за спешки и крайней секретности операции. Транспортно-заряжающая машина, а также машины технического обслуживания и жизнеобеспечения вернулись на базу.
Следуя приказу главнокомандующего округом, боевая группа ехала с выключенной рацией. Последнее, что услышал командир расчета майор Лихачев перед тем, как перейти в режим радиомолчания, было тревожное сообщение о противнике, атаковавшем северо-западные границы России и совершившем высадку десанта и боевой техники в районе Санкт-Петербурга. В задачу расчета входило выйти на позиции и нанести удар по противнику четырьмя ракетами. В нагрудном кармане командира лежал конверт с координатами цели. Согласно приказу, его предстояло вскрыть после приведения расчета в боевую готовность.
Примерно в десяти километрах к югу от Ярославля в районе села Еремеевское на одной из широких лесных прогалин располагались позиции, с которых предстояло совершить запуск. Колонна грузовиков медленно, но уверенно продвигалась через лес и вскоре оказалась на нужном месте.
Около тридцати минут ушло на развертывание расчета; опытные бойцы-ракетчики знали, что необходимо делать, действовали четко и слаженно, как единый организм. И вот четыре ракеты грозно уставились в голубое небо, готовые по первому приказу вырваться из захватов пусковой установки, взмыть ввысь и понести на головы врагов смерть и разрушения.
Майор Лихачев передал конверт с координатами цели главному оператору, а сам выпрыгнул из КамАЗа, чтобы перекурить перед запуском. Скоро расчету предстоял долгий путь обратно на базу.
Он запалил сигарету, выдохнул клубы сизого дыма и тут услышал быстро приближающийся рокот. В небе показались две черные точки, которые стремительно вырастали, превращаясь в грозные боевые машины. Майор насторожился, задрал голову и скоро разглядел: в голубом небе страшно рокотали две «черные акулы», которые направлялись именно сюда, к месту развертывания расчета. Не прошло и минуты, как они подлетели и сбросили скорость. Одна машина осталась кружить в небе, а другая начала медленно опускаться на свободное пространство в нескольких десятках метрах от пусковых установок.
От оглушительного грохота лопастей заложило уши, штормовые порывы ветра чуть не сдули камуфлированную кепку майора. Он выбросил сигарету и, придерживая головной убор за козырек, решительным шагом направился к севшему на поляну вертолету. Черная дверца поднялась, на траву выпрыгнул пилот и пошел навстречу командиру расчета.
– Какого хрена ты тут делаешь, лейтенант? – грозно проревел Лихачев, когда двое мужчин остановились друг напротив друга.
– Товарищ майор, я должен передать вам срочный приказ! – прокричал пилот в ответ.
– Какой еще, на хрен, приказ! У меня уже есть приказ и часть его – не вступать ни в какой контакт с другими военными.
– Товарищ майор, вы получили ложный приказ, преступный!
– Чего?
– Вам запрещается совершать запуск и предписывается немедленно вернуться на базу. В случае неподчинения стреляем на поражение.
Он взглядом указал на кружащуюся в небе «черную акулу».
– Ты охренел?! России объявили войну! У меня приказ самого главнокомандующего округом Журавкина – ударить по вторгнувшемуся противнику!