Мне, кстати, в рассылках ВИМИ попадалось описание концепции ЗРК, обозначенного индексом «300», с подвижными контейнерными пусковыми вертикального пуска, с двумя типами твердотопливных ракет, на среднюю и большую дальность. Мне бы хотелось сделать такой комплекс. Если нам удастся побыстрее довести радиотехническую часть С-200, я смогу пораньше приступить к проработкам по теме «300».
— Можно попробовать, — несколько озадаченно согласился Грушин.
Его смущало, что обычно за разработку нового комплекса его создатели получали, как минимум, Государственные премии, а тут, если получится, что комплекс создаётся как бы «по частям», ещё неизвестно, получат ли что-либо разработчики ракеты, если комплекс уже будет стоять на боевом дежурстве с ракетой меньшей дальности?
Как будто прочитав его мысли, Хрущёв добавил:
— Что, о премиях задумались, Пётр Дмитрич? Так не волнуйтесь, заслуги каждого будут учтены в своё время. Александр Андреич свою премию за радиотехническую аппаратуру получит чуть пораньше, вы получите свою премию за разработку новой дальнобойной ракеты, а страна и союзники раньше получат новый перспективный комплекс, соответственно, союзники тоже в долгу не останутся, я им намекну, что разработчиков надо поощрить…
В итоге было принято решение делать С-200 сначала с ракетами В758, параллельно разрабатывая основную ракету В-860, получившую впоследствии индекс ГРАУ 5В21.
После получения осенью 1958 года образца американской ракеты AIM-9 «Сайдвиндер» разработчики наших аналогичных систем Матус Рувимович Бисноват и Давид Моисеевич Хорол продемонстрировали Хрущёву, что они, благодаря творческому осмыслению данных из информационных рассылок ИАЦ и ВИМИ, уже фактически обогнали американцев в разработке ракет «воздух-воздух» с инфракрасными ГСН. Весной 1959 года были произведены первые испытательные пуски ракеты К-13 с усовершенствованной охлаждаемой головкой самонаведения на основе чувствительного элемента из антимонида индия. (АИ, см. гл. 03–10). Главным конструктором ракеты был Иван Иванович Торопов.
Ракета, в отличие от американского «Сайдвиндера», уже была всеракурсной, то есть чувствительность её головки самонаведения позволяла атаковать цель с передней полусферы, наводясь на нагретые от трения о воздух элементы конструкции планера цели, например, передние кромки крыльев. (АИ)
К концу 1959 года лётно-конструкторские испытания были завершены, к этому времени ракета уже производилась серийно. С 1960-го она начала поступать в войска, лётный и технический состав начал осваивать её применение и обслуживание, а с 1962 года изделие было официально принято на вооружение под серийным индексом Р-3.
Параллельно разработке авиационной ракеты было выдвинуто техническое предложение о создании переносного зенитно-ракетного комплекса, оснащённого малогабаритной ракетой с инфракрасной головкой самонаведения. Постановление ЦК и Совета министров, поставившее задачу разработки ПЗРК, вышло в августе 1959 года (АИ, в реальной истории — 25 августа 1960 г). За разработку носимого зенитного-ракетного комплекса взялся руководитель СКБ-4 Борис Иванович Шавырин, с 1965 г, после смерти Шавырина, работу над ПЗРК продолжил его заместитель и преемник Сергей Павлович Непобедимый. Головку самонаведения поручили разрабатывать ОКБ-357, позднее вошедшему в состава объединения ЛОМО. К работе над проектом подключилось и ЦКБ «Геофизика» под руководством Давида Моисеевича Хорола. Там был разработан гироскоп, позволяющий наводить ракету методом пропорциональной навигации без больших поперечных нагрузок.
(http://ruskline.ru/monitoring_smi/2006/02/03/razyawie_strely/)
Постановлением Правительства был определен срок представления предложений по дальнейшим работам в 3-м квартале 1962 г. Фактически к этому времени удалось провести пуски экспериментальных и программных ракет, а также провести стендовую и лабораторную отработку тепловой ГСН.
Было известно, что AIM-9 «Сайдвиндер» сделана на основе твердотопливного двигателя неуправляемой ракеты «Зуни». Диаметр корпуса ракет AIM-9 и Р-3 составлял 127 мм, в этот габарит головка самонаведения вписывалась нормально. Но для пуска с плеча диаметр и массу ракеты нужно было уменьшить до приемлемой при переноске одним человеком — ведь Р-3 весила 83 килограмма.
Основной неуправляемой ракетой малого калибра в этот период была 57-миллиметровая НАР С-5. 57 миллиметров было слишком мало для размещения ГСН, а 127 — слишком много, чтобы носить на руках и запускать с плеча. Задача оказалась отнюдь не простой — всю электронику нужно было вписать в куда более компактные габариты.
В конце 50-х по американскому телевидению была показана стрельба ракетой по воздушной цели из пусковой трубы с плеча стрелка. Этот факт свидетельствовал о реальной возможности создания носимого зенитного ракетного оружия. Сюжет привлёк внимание сотрудников советских спецслужб, работающих в США под дипломатическим прикрытием. Они раздобыли видеозапись фрагмента телепередачи и переправили её в Москву.
