«Памир» стал первой РЛС, определявшей одновременно все три координаты цели, причём — на проходе, не переходя от вращения к излучению в одном направлении, то есть, наблюдение за воздушным пространством велось постоянно, не прерываясь. Большая дальность обнаружения целей позволяла ставить РЛС П-90 на значительном удалении одной от другой, порядка 350–400 км, при этом обеспечивалась степень перекрытия зон обнаружения, достаточная для создания сплошного радиолокационного поля.
(Подробнее об РЛС П-90 «Памир» http://www.vko.ru/oruzhie/dal-nachinalas-s-pamira и http://www.vko.ru/oruzhie/gigant-radiolokacii)
Принятый способ управления ракетой при её выводе на дистанцию 15–20 километров до цели, где производился захват активной головкой самонаведения, предусматривал передачу команд на борт ракеты с антенного поста САЗО-СПК, а ответный сигнал ракеты, значительно более слабый, должна была принимать огромная полусферическая антенна радара П-90. Чтобы сократить интервал между сигналами, в составе комплекса предполагалось использовать по два радара П-90 на полк, вращавшихся синхронно, но развёрнутых под углом 90 градусов друг к другу.
Поначалу разработчики комплекса встали в тупик. Получалось, что даже мобильная версия комплекса обречена маневрировать в нескольких километрах или десятках километров от пары стационарных радаров полка.
Решение подсказали разработчики космической техники. Они предложили использовать для приёма ответных сигналов ракеты … надувную оболочку из металлизированной плёнки, на внутренней поверхности которой была вытравлена гибкая фрактальная антенна. Когда оболочка заполнялась воздухом, она приобретала требуемую форму сегмента сферы. Чтобы антенна могла принимать сигналы сразу нескольких ракет, выпущенных в разных направлениях, оболочка крепилась к вращающейся мачте, установленной на грузовике или гусеничном шасси. Это позволило полностью «отвязаться» от полковых РЛС П-90 в части управления ракетой и использовать их только в качестве обзорных радаров. То есть, «Памир» продолжал сопровождать цель и ракету при стрельбе и выдавать информацию, но теперь РЛС не участвовала в приёме ответных сигналов ракеты 5В11 по линии САЗО, а лишь передавала информацию в общую электронную сеть. (АИ)
Таким образом, информация каждой РЛС в стране становилась доступна каждому ЗРК, подключенному к системе. Приёмные посты системы САЗО-СПК также подключались к каналам связи системы «Электрон», это позволяло вынести их на большое удаление от стрельбовых средств комплекса и тем самым значительно увеличить возможную дальность сопровождения ракеты. (АИ)
Бросковые пуски и часть автономных испытаний ракеты 5В11 проводились на полигоне Владимировка в Астраханской области. Пуски в замкнутом контуре решено было проводить на строящемся полигоне Сары-Шаган, но Хрущёв настрого запретил Лавочкину самому ездить на оба полигона в жаркое время года. На полигонах Лавочкина представлял Главный конструктор ракеты Михаил Михайлович Пашинин. (АИ)
К моменту начала автономных пусков ракеты радиоэлектронная часть комплекса была ещё далеко не готова. Тогда специалистами ОКБ-301 был найден очень необычный выход из ситуации. Ввиду отсутствия штатных радиолокационных средств, сопровождение цели и ЗУР, вывод ракеты в район цели после пуска осуществлялся с помощью кинотеодолитов, предназначенных для траекторных измерений в ходе проведения испытаний. После сопряжения теодолитов, оснащённых электромеханической системой регистрации пространственного положения оптической оси, с нештатным контуром управления ракетой, удалось использовать теодолиты для сопровождения ракеты и цели.
В условиях практически идеальной прозрачности воздуха над Сары-Шаганом и неограниченной видимости, оказалось возможно уверенно удерживать в центре поля зрения одного кинотеодолита обстреливаемую цель, а другого — наводимую ракету. По данным, вырабатываемым приборными комплексами теодолитов, штатные устройства радиокомандного наведения системы «Даль» определяли текущие угловые координаты цели и ракеты, выдавая радиокоманды управления для вывода ЗУР в зону захвата цели головкой самонаведения. Во время одного из таких пусков цель была захвачена ГСН и успешно перехвачена в режиме самонаведения. (реальная история)
Успешное сопровождение ракеты и цели оптическими средствами побудило Петра Дмитриевича Грушина, внимательно следившего за работой конкурентов, активизировать разработку дополнительного оптического канала наведения для комплексов С-75 и С-125, которая до этого велась по остаточному принципу. Он привлёк к сотрудничеству разработчика инфракрасных ГСН Давида Моисеевича Хорола, совместно с которым и была разработана электронно-оптическая система автоматического сопровождения цели и наведения ракеты.
Помимо технической подготовки, проводилась и организационная. Изучая по документам в ИАЦ ситуацию в системе ПВО Средней Азии, Иван Александрович Серов не мог не отметить царивший там невероятный бардак. А ведь вторжение в советское воздушное пространство ожидалось именно с южного направления.
