Линия молчала. Связь прервалась. Телефон короля прослушивали и, услышав его разговор с советским послом, обрезали линию. Но сделано всё было «по-гречески». Офицер, отвечавший за прослушивание, от скуки читал газету и отвлёкся, среагировав не сразу. В результате король успел сказать главное. Запись его разговора с послом через спутник связи ушла в Москву.
Через несколько минут король услышал осторожный стук в дверь. Затем голос дворцового распорядителя произнёс:
— Ваше Величество, вы в порядке?
— Открывай дверь, — послышался второй, незнакомый королю, голос. — Я же говорю, короля захватили коммунисты и держат его под прицелом, иначе он такого по телефону не сказал бы! Будьте готовы стрелять на поражение!
Резидент ЦРУ Лафлин Кэмпбелл не горел желанием лично находиться в гуще событий. Он отправил во дворец Татой сотрудника греческой Центральной службы разведки (KYP)полковника Папагиотиса Анагностопулоса, а в помощь ему военные отрядили бывшего начальника штаба сухопутных войск, генерал-лейтенанта Димитриоса Серадакиса, вхожего во дворец, и отделение солдат из подразделения, поддержавшего заговорщиков.
Король понял, что путчисты прослушивали телефон. Он не знал, удалось ли послу записать его сообщение, не были ли поставлены какие-нибудь помехи на линии. Павел понял, что он оказался лицом к лицу с людьми, которые, возможно, жаждут его смерти.
Всё зашло куда дальше, чем он ожидал. Король выключил настольную лампу, оттолкнул кресло и присел за массивным письменным столом, сделанным из дорогого дерева. Ящики стола были заполнены множеством бумаг, скорее всего, они смогут задержать пулю. Он передёрнул затвор и прицелился в дверь поверх столешницы.
Ключ повернулся в тщательно смазанном замке почти бесшумно. Дверь отворилась, в проёме, на фоне освещённой стены появилась фигура в военной форме, судя по высокой фуражке, это был офицер чином не ниже подполковника. За ним виднелся ещё один, в генеральской форме. Его лицо было королю знакомо. Генерал Серадакис!
В кабинете уже сгустился вечерний полумрак, и в первый момент путчисты решили, что короля здесь нет.
— Где он, чёрт подери?! Вы же сказали, что он не выходил?
— Его Величество мог отойти в уборную, — пролепетал распорядитель.
— Надо обыскать дворец! Начнём с кабинета, — распорядился Серадакис.
Король Павел глубоко вдохнул, тщательно прицелился и нажал спуск.
Девятимиллиметровая пуля с мягким носиком попала полковнику Анагностопулосу в лоб и разнесла всю затылочную часть черепа. Кровь и мозги фонтаном выплеснулись в лицо генералу Серадакису, на несколько секунд лишив его ориентировки, пуля, прошедшая сквозь череп, пролетела в паре сантиметров от головы Серадакиса, и с глухим стуком вошла в стену. Труп Анагностопулоса, отброшенный ударом пули, упал на Серадакиса, генерал инстинктивно подхватил падающее тело.
Король тут же снова прицелился и выстрелил ещё раз. Он не был хорошим стрелком, но промахнуться с нескольких метров по неподвижной, хорошо освещённой цели было сложно. Серадакис получил пулю в переносицу, пораскинул мозгами и повалился назад. Павел присел, спрятавшись за столом, и вовремя. Солдаты из группы путчистов открыли беспорядочный ответный огонь. Они стреляли в глубину тёмного кабинета, наугад, пули со стуком вонзались в массивный письменный стол.
Король ждал, сжимая в левой руке запасную обойму. Он прожил долгую, бесполезную жизнь, и лишь в последние два года ощутил себя нужным стране, которой он правил. Павел понимал, что его не выпустят живым, но смерти он не боялся. Смерть уже подкрадывалась к нему изнутри. Опухоль ещё не донимала его болью ежедневно, но врачи уже опустили руки, заявив, что медицина бессильна.
Выстрелы умолкли, один из солдат осторожно заглянул в кабинет. Павел прицелился в светлый проём двери и терпеливо ждал. Как только солдат решил, что их выстрелы поразили цели и вошёл, король снова выстрелил. Пуля попала солдату в грудь, он выронил автомат и повалился навзничь, в коридор. Король снова спрятался за столом. Вновь началась стрельба, от стола летели щепки красного дерева, со звоном разлетелся стеклянный абажур настольной лампы.
Дождавшись пока стихнут выстрелы, Павел, не поднимая головы, крикнул:
— Солдаты! Вас обманули! Вы стреляете в своего короля! Остановитесь! Я вам приказываю! Здесь нет никаких коммунистов!
Среди солдат возникло замешательство. Они заспорили.
— Это король!
— Нет, это проклятые комми, они хотят нас обмануть!
— Солдаты! — снова крикнул Павел. — Вас обманули заговорщики! Я жив и в полном порядке! Никакие коммунисты меня не захватывали!
— Не верьте ему, это не король, это коммунист!
— А по-моему, голос короля. Я его недавно слышал по радио, очень похоже…
— Да иди ты! Тебе же сказали, короля захватили коммунисты! Может, у них там чревовещатель, голосом короля говорит?
— Идти захватывать короля, и брать с собой чревовещателя? Ты коммунистов за дураков держишь?
