К утру 1 мая в Салоники — второй по величине греческий город — вошли части 3-го корпуса. Однако к этому моменту начались первые неожиданности и отклонения от плана. Внезапно пропала проводная связь между Афинами и другими частями страны. Боевые группы спецназа ГРУ перерезали телефонные кабели. Попытки установить радиосвязь с другими частями мятежников по всей стране нарушались непонятными скользящими радиопомехами. Связь вроде бы и была, но помехи, как назло, забивали ключевые слова в сообщениях, вынуждая радистов повторять передачу по несколько раз. При ясном небе это было странно. Не будь путчисты «на взводе», будь у них время всё обдумать — вероятно, они могли бы что-то заподозрить. Но план был расписан по минутам, и неумолимый график подгонял — вперёд, только вперёд, не останавливаться!
В это время, узнав о мятеже, снялись с якорей корабли греческого флота, находящиеся на базах Корфу и Крита. Они взяли курс на порт Пирей вблизи Афин, чтобы восстановить конституционный порядок.
(В реальной истории вскоре после выхода командиры кораблей узнали, что наперерез им к берегам Греции движется 6-й флот США. После этого греческие корабли вернулись на свои базы. В АИ переворот пришлось форсировать по времени, и 6-й флот не успел выйти в район развёртывания)
Резко негативно встретили известие о мятеже лётчики и командование греческих ВВС. Начальник штаба военно-воздушных сил, генерал-лейтенант Константинос Маргаритис поднял по тревоге подчинённые ему части, и приказал лётчикам срочно перегнать самолёты на аэродромы греческих островов. Вскоре после их приземления туда из Константинополя советскими транспортниками Ан-12 были переброшены аэродромное оборудование, вооружение для истребителей и технический персонал.
В три часа ночи, пока армейские части продолжали захватывать стратегические пункты Афин, начались повальные аресты всех левых элементов, включая руководящих деятелей буржуазной оппозиции. Этот план разрабатывался много месяцев. Тысячи людей, включенных в «проскрипционные списки», квалифицировались как «подрывные элементы», представляющие «угрозу безопасности». Вскрыв пакеты с кодовым названием «Иерокс», содержавшие имена и адреса деятелей оппозиции, специально подготовленные группы по 25–30 человек окружали их дома. Полусонных людей вытаскивали из постелей и свозили в казармы и полицейские участки. Одним из первых был арестован премьер-министр, престарелый Георгиос Папандреу.
Премьер Папандреу не был коммунистом. Он лишь собирался провести некоторые назревшие социально-экономические реформы. До событий сентября 1958 года он требовал чуть меньше зависимости от Соединенных Штатов, восстановления элементарных буржуазно-демократических свобод. Правыми и их натовскими опекунами эта скромная программа была воспринята как откровенная «крамола». Назначение на пост премьера взамен оскандалившегося Караманлиса дало ему возможность начать осуществление этой программы, но с самого начала своей деятельности в 1959 г (АИ) правительство Папандреу подвергалось непрерывным атакам в правой прессе.
70-летний Папандреу был арестован в эту ночь на своей скромной вилле в Кастри, за пределами столицы. Вооруженные люди окружили дом и постучались в дверь. Папандреу увезли в одной из двух военных машин, на которых приехала группа захвата. Его выволокли из постели в пижаме и шлёпанцах, не дав даже обуться — в пункт сбора на городском стадионе премьер-министра привезли с ботинками в руках.
В то же время восемь человек ворвались в дом Андреаса Папандреу: семь с примкнутыми штыками, один с пулеметом. Однако тут путчистов ожидала неудача — дом молодого политика оказался пустым. (В реальной истории Андреас Папандреу выбежал на крышу, но солдат нашел его 14-летнего сына, и, приставив пистолет к голове мальчика, заставил молодого Папандреу сдаться.)
Андреас, сын Георгиоса Папандреу, с отвращением следил за политическими манипуляциями и секретной войной в стране. Будучи студентом, он некоторое время был членом троцкистской группы, но потом, в 1930-е годы, оставил Грецию и улетел в Америку, спасаясь от репрессий диктатуры Метаксаса. Он принял американское гражданство, сделал карьеру экономиста и ученого, возглавлял департамент экономики в Калифорнийском университете в Беркли. Во время Второй мировой войны он служил в американском флоте.
После войны с ним связалось ЦРУ. Его привлекли к работе в Средиземноморской группе, вырабатывающей политику США в регионе Средиземного моря. В это время он начал понимать роль Соединенных Штатов в Греции. Вскоре Андреас Папандреу разорвал свои связи с ЦРУ, и в конце 1950-х годов вернулся в Грецию, став одним из самых выдающихся и наиболее язвительных критиков политики Соединенных Штатов.
