— Нам нужна героическая борьба греческого народа под предводительством Коммунистической партии Греции против сил тирании, — без тени улыбки произнёс Серов. — Только в этом случае, при наличии неопровержимых фактов и доказательств преступлений хунты, можно рассчитывать на фиаско западной пропаганды, и сколько-нибудь вероятное развитие переговорного процесса в Париже. Иначе западная так называемая «свободная пресса» вымажет нас говном с ног до головы, как обычно.
— Не обольщайтесь, говном нас вымажут в любом случае, — буркнул Гречко.
— Я думаю, греческий народ должен отстоять свою свободу самостоятельно, — добавил Никита Сергеевич, — Наша помощь будет действенной, но она не должна девальвировать в представлениях греков и всего мира ценность их победы. Если мы высадим десант и раздавим заговорщиков, а мы это можем — это не будет победой народа и прогрессивных сил Греции. Мы дадим им возможность защитить свою родину самостоятельно, но не допустим, чтобы путчисты потопили в крови греческую демократию.
— Откладывать операцию в любом случае невозможно. Вероятнее всего, ночью путчисты начнут аресты лидеров и активистов левой оппозиции, — уверенно предположил Серов. — У них уже всё готово.
— Наши передовые авианаводчики заняли позиции возле назначенных для поражения целей, и готовы обеспечить целеуказание по сигналу, — доложил Ивашутин.
— Греческие коммунисты подготовлены? — спросил Никита Сергеевич.
— Они уже покидают города, все, кроме членов боевых групп. Партизаны получают оружие и поступают под командование офицеров спецназа ГРУ, находящихся в стране, — ответил Ивашутин.
— Активисты Коминтерна вывезли Андреаса Папандреу с семьёй на острова, — добавил Серов. — Скоро его доставят в Европу, затем будет созвана пресс-конференция, на которой Папандреу обнародует последнюю волю короля Павла и призовёт народ Греции к оружию. Мы с товарищами Кузнецовым и Вершининым тщательно рассчитали время начала его выступления.
— Что с королём? Есть какая-нибудь информация? — спросил Хрущёв.
— Связь прервалась прямо во время разговора, но король успел сказать главное. К тому же у нас есть документ — письменная просьба о помощи, с его подписью, — Иван Александрович достал из своей папки послание короля Павла и передал Первому секретарю. — Судьба Павла точно не известна, но наблюдатели сообщают, что из дворца весь вечер были слышны выстрелы. Перестрелка завершилась уже после наступления темноты, взрывами гранат и стрельбой из автоматического оружия. Подозреваю, что короля уже нет в живых.
— Жаль. Очень жаль, — искренне посетовал Никита Сергеевич. — С Константином нам вряд ли удастся найти такое же взаимопонимание. Не говоря уже о королеве. Где они, кстати? Установили их местоположение?
— Королева Фредерика и принц Константин находятся на её вилле «Психико», вот здесь, — Серов показал на карте расположение виллы. — За виллой ведётся постоянное наблюдение боевой группой Коминтерна.
— Гм… — Первый секретарь задумчиво посмотрел на Серова и Ивашутина. — Мне представляется, что без короля Павла династия Глюксбургов уже не та… Думаю, Греция как-нибудь обойдётся без прынца и его мамаши из «Гитлерюгенда». И, Пётр Иваныч, думаю, будет лучше, если удастся представить их жертвами путчистов..
— Так точно, организуем, — ответил Ивашутин и обвёл виллу кружочком на своей карте.
К полуночи 30 апреля улицы Афин опустели, закрылись уличные кафе, люди разошлись по домам. Внезапно ночную тишину разорвал рев моторов и лязг гусениц. В город, громыхая по мостовым, вошли танки, сопровождаемые подразделениями 9-й пехотной дивизии под командованием бригадного генерала Одиссеоса Ангелиса. Американские «шерманы», поставленные греческой армии ещё в сороковые годы, во времена гражданской войны, занимали позиции на ключевых перекрёстках столицы.
Около 1 часа ночи 1 мая к ним на помощь из лагеря Диониссос в 20 милях от Афин прибыли подразделения моторизованной пехоты. Эти специальные подразделения назывались — «отряды для подавления мятежей и взятия городов». Само их существование держалось в секрете, в лагерь, где будущие каратели обучались приемам разгона уличных демонстраций и другим полицейским функциям, допускался только узкий круг лиц. К двум часам ночи воинские части, поддержавшие путчистов, заняли все важнейшие стратегические пункты Афин.
Взяв под контроль столицу, мятежники передали шифрованный приказ начать захват власти в провинции. Реализованный военными план переворота именовался «Перикл» и готовился уже давно — с середины 50-х, на случай политических изменений в правительстве, чтобы предотвратить «левый уклон» во власти, угрожавший положению ультраправой фашистской военной верхушки. Разработчиком плана был близкий друг генерала Григориоса Спантидакиса — генерал Гогусис.
