Мнения разделились. Павел ещё раз попытался воззвать к здравому смыслу, но один из особенно недоверчивых солдат ответил двумя выстрелами в темноту, наугад. Король понял, что беседа как-то не складывается. Солдаты спорили между собой, но его не слушали и не позволяли выбраться из укрытия, время от времени стреляя в тёмный проём двери. Павел отвечал редкими одиночными выстрелами. Время шло, наступил вечер, и на улице по-южному быстро опустилась тьма.
В коридоре послышались быстрые, уверенные шаги. Послышался властный голос:
— Какого чёрта здесь происходит?
Павел не узнал голоса говорившего, лишь позднее стало известно, что это был бригадный генерал Григориос Спантидакис. Обеспокоенный отсутствием доклада из дворца он сам поехал выяснить, в чём дело.
— Господин генерал, там засели коммунисты, они отстреливаются и говорят, что они — король…
— Идиот! Сколько их?
— Мы слышали одного…
— Кретины! Вас десять человек, не могли застрелить одного коммуниста? Дай сюда!
— Генерал! — крикнул Павел. — Не совершайте измены, остановитесь!
В ответ раздалась автоматная очередь. Спантидакис был одним из организаторов путча, и не собирался вступать в переговоры. Он жестами отдал несколько распоряжений.
Через открытую дверь в кабинет влетели сразу четыре гранаты. Две отскочили от побитого пулями стола на середину комнаты, третья отлетела к боковой стене, но ещё одна, брошенная чуть выше, ударилась о столешницу и завалилась за стол, прямо в укрытие короля Павла. Старому королю некуда было увернуться. Он смог лишь отпихнуть гранату, но она лопнула слепящей вспышкой, разорвав его тело ливнем горячих острых осколков. Грохота остальных взрывов Павел уже не услышал.
Автоматные очереди накрест располосовали клубящийся в кабинете дым, трое солдат ворвались в помещение, тут же смещаясь в стороны, и поливая темноту огнём. Кто-то нашарил выключатель. Одна из лампочек в разбитой люстре чудом уцелела под градом осколков, изрешетивших богатый интерьер королевского кабинета. Зажёгся свет.
— Дева Мария! Это же и правда король! А где же коммунисты?…
— Христос всемогущий… Мы, кажется, убили нашего короля…
— Что же теперь будет?
— Ой, что будет… Ой, что будет…
— Молчать, негодяи! Идиоты! — рявкнул Спантидакис. — Никто не должен об этом знать! Король умер — да здравствует король!
Как только сообщения о начале переворота в Греции достигли Москвы, Хрущёв собрал в Кремле «силовых» министров и руководителей разведок — Гречко, Кузнецова, Серова, Ивашутина.
— Так, товарищи, в Греции — государственный переворот, власть пытается взять военная хунта. К счастью, нас предупредили чуть-чуть пораньше, и мы успели принять кое-какие меры. Докладывайте, какова ситуация?
— Маршалу Вершинину приказано быть готовым поднять по тревоге стратегическую авиацию, — доложил Гречко. — В Югославии, Албании и Болгарии ждут приказа на взлёт постановщики помех, им приказано слушать эфир на частотах всех радиостанций страны, в случае начала радиообращения заговорщиков — немедленно забить сигнал помехами. На полигоне Тюратам готовится к старту ракета со спутником фоторазведки. Самолёты-разведчики готовы взлететь, но в Греции уже темнеет, а ввод танков в Афины ожидается ночью. С территории Болгарии поднят высотный беспилотный дирижабль-разведчик, сейчас он дежурит в воздухе над горами, и к рассвету будет над Афинами. Как только получим первую картинку через спутник «Молния», можно будет понять, что к чему.
— Хорошо, — одобрил Хрущёв. — Годно! А что американцы?
— Судя по данным технической разведки, они не рассчитывали, что переворот начнётся так скоро, — ответил Ивашутин. — Есть мнение, что заговорщиков что-то или кто-то вспугнул, и они были вынуждены форсировать события. Основная часть кораблей 6-го флота находится в Неаполе, по сообщениям агентуры, на базе пока спокойно, признаков объявления тревоги или подготовки к срочному выходу в море не замечено. В море находятся только несколько патрульных эсминцев, к югу от побережья Греции курсируют два эсминца и судно радиоразведки.
— Вот это уже интересно… А где наши корабли?
— Корабли Черноморского флота готовы к действию, — доложил адмирал Кузнецов. — Цели для них распределены. Корабли Средиземноморского флота с наступлением темноты вышли из Александрии и следуют в западном направлении, создавая подвижную завесу на вероятном пути подхода американцев.
— Вертолётоносец «Ярославль» (бывш. «Teseus») находится вблизи побережья Крита. Мы можем в течение двух часов начать погрузку греческой бригады морской пехоты, и примерно через 12 часов высадить её вертолётами в районе Афин.
— Очень хорошо, — одобрил Хрущёв. — Но, товарищи, я призываю вас не спешить размахивать оружием. Помните, что поставлено на карту. Если мы поспешим, Запад обвинит нас в агрессии, и переговоры в Париже будут сорваны. Необходимо дать заговорщикам возможность нарушить закон, в идеале — запятнать себя военными преступлениями, и только потом мы сможем вмешаться.
— Это понятно, — проворчал Гречко. — Не было бы поздно…
