— Вы правы, сэр, — по её интонации он понял, что задел болезненную тему. — Он несколько раз был сильно ранен, — продолжала Мэри. — Попал в автомобильную аварию в мае 1944-го, тогда ему на лицо наложили 60 швов. В Африке два раза подряд попадал в авиакатастрофы, после второй он был так плох, что врачи удивлялись, как ему удалось выжить. У него был повреждён мозг, из-за этого он временно ослеп на левый глаз и оглох на левое ухо, да ещё ушиб позвоночника, разрыв печени, почек и селезенки. В больнице у него началось сильнейшее кожное воспаление, оно захватило и раны на лице. Через месяц его положение стало ещё хуже — во время лесного пожара он получил ожоги второй степени. Удивляюсь, как он вообще жив остался.
— По-моему, дело не только в этом, — заметил Алексеев. — Мистер Хемингуэй много пьёт.
— Да, обычно он начинает с рюмки водки после завтрака, потом виски, коктейли, и так каждый день, — кивнула Мэри. — Мы были у врача, доктора Рафаэля Баллестеро. Он назначил Эрнесту риталин, как он сказал — для подавления гиперактивности… Какая гиперактивность у человека, которому шестьдесят? Ему колют тестостерон и анаболики, чтобы улучшить фигуру, ещё он принимает барбитураты для нормального сна, и резерпин, от злоупотребления алкоголем, как сказал доктор. И он всё равно страдает от депрессии. Ему всё время кажется, что за ним следят, прослушивают его телефон, читают почту… Это уже начинает меня пугать.
— А что он ещё принимает? Можно взглянуть?
Мэри вывалила на стол содержимое домашней аптечки, отобрала лекарства, которые принимал её муж, и Алексеев тщательно переписал названия препаратов:
— Я покажу список нашему врачу в посольстве. В последнее время советская медицина и фармакология сильно продвинулись. Есть вероятность, что его депрессия вызвана неудачным сочетанием препаратов, тем более, алкоголь может усиливать их действие.
— Я была бы очень вам благодарна. Я так устала от его фокусов…
Врач в посольстве, изучив список лекарств, пришёл в ужас.
— Резерпин? С риталином, барбитуратами и алкоголем? И она ещё удивляется, что у него депрессия? Да этот коновал такими темпами его в могилу сведёт!
(Перечень травм, лекарств и описание состояния Хемингуэя — из http://rulibs.com/ru_zar/sci_history/tsittlau/0/j46.html)
Алексеев отправил шифровку в Москву. В ней он описал состояние Хемингуэя, перечислил лекарства, и приложил заключение врача посольства. Вскоре из Москвы он получил указания к действию
Первым делом Алексеев переговорил с Фиделем и Раулем Кастро. Че Гевара в это время уже вовсю занимался организацией партизанской борьбы в Никарагуа, мотался между Гаваной и Гватемалой, в тот момент на Кубе его не было (АИ). Алексеев предупредил Фиделя и Рауля о подготовляемой американской разведкой интервенции на остров.
— Пока у нас нет более точных данных, но наши люди работают в этом направлении. Как только что-то будет известно, я вам немедленно сообщу, — заверил Алексеев. — Хотел ещё сказать важную вещь относительно мистера Хемингуэя.
Он кратко рассказал братьям Кастро о состоянии писателя.
— Наша разведка выяснила, что депрессия мистера Хемингуэя вызвана неудачной комбинацией лекарств, усиленной алкоголем, а его «мания преследования» — вовсе не мания. За ним следят ФБР, а возможно, и ЦРУ. На него оказывает давление американский посол Филипп Бонсал, как напрямую, так и запугивая его жену.
Вы, надеюсь, понимаете, что присутствие на Кубе лауреата Нобелевской премии мира, открыто исповедующего убеждения, близкие к социалистическим, необычайно выгодно для вас, и как кость в горле для американской разведки. Они всеми силами стараются убедить Хемингуэя уехать с Кубы и вернуться в Штаты. Этого допустить никак нельзя. Как только Хемингуэй окажется в Америке, люди Гувера упрячут его в психлечебницу. Они уже выбрали заведение — клиника братьев Майо в Рочестере.
— Вы хорошо осведомлены, Алехандро, — Фидель был очень озабочен. — 15 мая я участвую в рыболовном конкурсе, который устраивает мистер Хемингуэй. Приедет Че, он тоже будет на рыбалке. Приходите и вы. Попробуем вместе придумать какой-то план.
— Я предлагаю на время убрать мистера Хемингуэя из Гаваны, чтобы посол Бонсал и его люди не могли до него добраться. Что, если предложить ему попутешествовать по Кубе, и под этим предлогом спрятать его где-нибудь в горах Сьерра-Маэстра? — предложил Алексеев. — Советское правительство могло бы прислать для него удобный передвижной дом, который можно перевозить с места на место. Мы могли бы предоставить ему личного врача и сменить набор лекарств. К тому же у нас имеются эффективные методы лечения от алкоголизма, например, кодирование, и специальные медикаменты.
— Это могло бы помочь, давайте попробуем, — согласился Фидель.
