В 1903 году американка Элизабет Филлипс по прозвищу Лиззи, страстная поклонница экономиста радикальных воззрений Генри Джорджа, произвела на свет игру, сегодня известную всему миру как “Монополия”. В утопических грезах Джорджа и его ученицы все налоги заменялись единым налогом на землю. По задумке создательницы, игра должна была изобличить несправедливость уклада, при котором малое число землевладельцев богатело за счет арендных платежей от своих жильцов. “Игра землевладельца” – так назывался прототип “Монополии” – кое в чем походила на свою знаменитую родственницу (непрерывная квадратная лента игрового поля, угол со зловещей надписью “Отправляйтесь в тюрьму”), но была одновременно слишком сложной и нравоучительной, чтобы оказаться успешной. Среди ее преданных почитателей с самого начала выделялись Скот Ниринг из Уортона и Гай Тагвелл из Колумбийского университета: оба профессора использовали игру на своих занятиях, правда в чуть измененном виде. И лишь после того как друзья пригласили Чарльза Дарроу попытать счастья на настольной версии приморского курорта Атлантик-Сити (штат Нью-Джерси), сидевший без работы водопроводчик сумел разглядеть таившиеся в “Монополии” коммерческие возможности. Дарроу перерисовал саму площадку, так что теперь каждая улица отмечалась яркой полосочкой, и выпилил из дерева малюсенькие дома и отели – игроки могли “строить” их на своих клетках. Бывший сантехник обладал не только золотыми руками (при желании он выдавал готовую игру за 8 часов), но и деловой смекалкой, и уже на Рождество 1934 года жители Филадельфии могли приобрести его версию игры в универмаге Джона Уонамейкера и магазине игрушек Ф.А.О. Шварца. Уже очень скоро Дарроу перестал справляться с заказами в одиночку. В 1935 году права на “Монополию” перешли к основанной за полвека до того братьями Паркер фирме, как раз и занимавшейся настольными играми (с “Игрой землевладельца” те в свое время решили не связываться)1.
Что было заумным тренажером для идейно близких профессоров, постепенно превратилось в необременительное развлечение для мечтающих обзавестись недвижимостью, и в таком виде игра поступила на прилавки в тяжелые годы Великой депрессии. Удивительным образом заведомо фальшивые, кричаще яркие купюры притягивали обедневших американцев. В апреле 1935 года фирма братьев Паркер выступила с объявлением:
Как видно из названия, игроки торгуют недвижимостью, железными дорогами и предприятиями общественного пользования, стараясь заполучить монополию на тот или иной вид собственности и таким образом взимать ренту со своих соперников. Не сомневайтесь – у вас дух захватит при встрече с хорошими знакомыми: ипотекой и налогами, общим благотворительным фондом и срочными сделками, арендой, процентными платежами, запущенной недвижимостью, отелями, доходными домами, энергетическими компаниями и многими другими; общение с ними вам облегчат хрустящие бумажные деньги2.
Иначе как феноменальным успех “Монополии” назвать трудно. Еще до конца 1935 года разлетелись около четверти миллиона коробок. За четыре года на свет появились британская (лично я начинал с лондонского варианта игрового поля производства фирмы
