— Путь через Речные земли не легок. Позвольте мне довести вас до дома. Я как раз хотел показать сыну Перешеек. Для него это будет неплохим опытом. — Я все больше и больше не понимала, что здесь происходит. Кто этот человек? Почему Хоуленд, и десяти слов при мне не сказавший, так много с ним разговаривает? Как они связаны? И почему только сейчас все узнали, что лорд Айлис умер? Судя по лицам отца и братьев для них этот разговор тоже был полон открытий.
— Благодарю, лорд Темпер. Чем быстрее я окажусь дома, тем лучше. — Сказал Рид, поднявшись и пожал руку, казавшуюся на фоне маленькой ладошки озерника медвежьей лапой.
— Тогда я пойду. Нужно проконтролировать некоторые моменты. Если вам что-то понадобится обращайтесь. — Сказал шатен и, развернувшись, ушел, дав возможность рассмотреть свой плащ с изображенным на спине гербом. Яркое желтое солнце, с пылающим в центре пурпурным пламенем.
«Вспомнила». — Подумала я, переведя взгляд на Хоуленда, оказавшегося центре внимания остальных северян и сильно засмущавшийся, будто став меньше. — «Темперы. Молодой и очень богатый дорнийский род в первом поколении. Бывшие торговцы, ведущие дела с Болтонами, Мормонтами и Ночным Дозором». — Посмотрев на Старого Медведя и лорда Русе Болтона (б-р-р… очень неприятный человек), я заметила что они не были сильно удивлены. Значит знали. — «Глава — Феликс Темпер. А ведь ему совсем недавно двадцать исполнилось… Интересно»
Все мои дальнейшие мысли были прерваны поднявшимся гомоном, исходившим со стороны лестниц, ведущих на второй этаж. Подняв голову и посмотрев в ту сторону, мне стало понятно, что произошло. Появилась принцесса.
Элия Мартелл была первой дорнийкой, которую я увидела. Густые черные волосы, немного темноватая, отливающая бронзой, кожа, правильные, хоть и немного скучные черты лица, очень выгодно выделенные красивым макияжем в виде солнц. Симпатичная и очень стройная.
«Будь у нее кожа белее и не будь этой странной раскраски, она бы сошла за северянку». — Подумала я, тут же заметив одну странность. Большинство присутствующих не смотрело на принцессу. Подняв взгляд повыше, мимо нескольких непримечательных фрейлин, тихо следующих за своей госпожой, я нашла причину.
Высокая, с такими же густыми, как у принцессы, черными волосами, девушка тихо следовала в конце процессии, перехватывая все внимание от принцессы. Она была лучше своей госпожи во всем — более мягкие и нежные черты лица, похожие на валирийские фиалковые глаза, изящные походка и манеры и более «объемная» фигура. Мельком взглянув на своего женишка и увидев, куда он смотрит, у меня на языке закрутилось всего одно слово.
«Кобель»
И посмотрев на остальных мужчин, я поняла, что и их можно было причислять к этой категории. Даже мой брат Эддард, никогда не попадавшийся на женские чары, неотрывно смотрел на фиалкоглазую фрейлину, даже забыв о поднесенной ко рту кружке. Было всего два исключения — принц Рейгар, подошедший к своей жене и, взяв ее под руку, отведший к выделенному для нее креслу, и тот самый Темпер, вообще не обративший внимание на остальных девушек, подойдя к одной из незаметных фрейлин и с нежностью заключив ту в объятия. Судя по подошедшей через минуту копии той самой фрейлины и того русоволосого, со снежинками на плаще, да и их внешней схожести, это была его сестра или кузина.
«Но все равно странно — почему он не обратил внимания на пурпурноглазку?». — И посмотрев на сидящего недалеко Рида решила, что после банкета хорошенько его расспрошу на счет этого торговца. Он вполне мог помочь с моей задумкой.
Пир все набирал обороты. Вино лилось рекой, пиво выпиваюсь галлонами, поросят, бычков и барашков обгладывали до костей за считанные минуты, а я все больше поражалась как люди могут столько есть. На Севере, холодном и негостеприимном, такие пиры не устраивали даже в честь рождения наследников Великого дома, а здесь это обычный вечер перед турниром. И чем больше люди пили и веселись тем сильнее для них размывались границы. Уже сейчас несколько северян орали пьяные песни с речниками и западниками, а за нашим столом каким-то чудом появились несколько дорнийцев и штормовиков.
— Мой принц! — Пронеся над сводами чертога громкий голос крепкого пожилого человека, с легкой проседью в волосах. Если мне не изменяла память это был организатор турнира — лорд Уолтер Уэнт. — Не окажете ли нам честь сыграть что-нибудь? Все мы здесь слышали о вашем чудесном музыкальном таланте, заставляющих всех бардов плакать горькими слезами зависти. Прошу, окажите нам милость!
Громкий одобрительный рев лордов и их леди, по-моему уже ничего не соображавших от хмеля в крови, был самым понятным способом одобрения.
«Хотя чего уж скрывать — мне тоже хочется послушать». — Подумала я и, немного привстав, посмотрела в сторону помоста, где сидел принц — самый красивый и галантный мужчина, которого я видела за всю жизнь.
