— С удовольствием, мой дорогой друг. — Ответил грустно улыбающийся Серебряный дракон, тихо ударив пальцами по струнам серебряной арфы. Первые же ноты что-то всколыхнули в моей душе, заставив немедленно сесть и прислушиваться к каждому звуку этой прекрасной мелодии.
Вскоре дракон запел. Эта песня, такая простая и одновременно сложная, про запретную любовь юного рыцаря и прелестной леди, затрагивала каждую фибру моей души. Всю печаль, всю боль, всю обреченность, которую наследник Железного трона, вкладывал в эту мелодию, я чувствовала на себе. Будто мне самой пришлось стать той самой леди, влюбленной в умного, красивого и просто замечательного рыцаря, но судьба-злодейка заставила меня выйти за невежественное чудовище, по ошибке названное человеком. И посмотрев на Роберта, даже во время такой прекрасной песни не отпускавшего кубок с вином, мне стало ясно что это так.
От очередного осознания, что вскоре мне придется все бросить, покинуть родной Север и переехать в мокрый и неприветливый Штормовой предел, где меня ждал ненавистный муж и его вассалы, считающие всех северян неотёсанными варварами, мне стало еще хуже. Под конец песни из моих глаз уже рекой текли слезы, которые мне все никак не удавалось остановить.
— Сестренка, ты что плачешь? — Послышался над ухом голос Бенджена, полный насмешки. — А кто мне дома говорил, что ни один южанский бард у тебя даже улыбки не вызовет? Лгунишка, лгунишка, лгуни…
Не знаю почему, но именно эти слова помогли мне прийти в себя.
«Я еще дома и не замужем за этим кобелем». — Подумала я, выливая на голову младшего братика полный кувшин вина, из-за чего его недовольные вопли наверно весь зал услышал. — «Еще ничего не решено — северянки так просто не сдаются!»
После потрясающего выступления принца, по знаку хозяина замка, на верхних галереях появились музыканты, возвещающие о начале танцев.
Моррис, бассе, алман, северные хороводы, павана… большинство из этих танцев я знала, поэтому с радостью отвечала на приглашения братьев и вассалов и с удовольствием кружилась в центре зала. Конечно, мельком, я посматривала и за танцующими.
Вот красавица с веселыми фиалковыми глазами (как я узнала ее зовут Эшара Дейн) танцует с высоким мужчиной, с такими же глазами и белом плаще королевского гвардейца. Вот Оберин Мартелл, Красный змей и второй принц Дорна, весело кружиться в танце с одной из черноволосых фрейлин-близняшек. Проскользившая рядом пара из принцессы Элии и того самого Темпера на мгновение ввела меня в легкий ступор, прошедший лишь когда я заметила принца Рейгара танцующего недалеко с Алерией Хайтауэр. А вот Эддарда с Кейтилин Талли я увидеть не ожидала.
«Неужели…». — Подумала я и, обернувшись, увидела картину от которой меня чуть не стошнило на Джораха Мормонта, бывшего сейчас моим партнером.
Мой старший братец Брандон весело общался с моим женишком, одновременно тиская одну из служанок и кружками глотая вино. Олень от него не отставал.
«О чем он, Старые Боги побери, думает!». — Подумала я, делая последнее па и отходя от слегка запыхавшегося медведя. — «Если лорд Хостер это увидит то…». — Бросив взгляд в сторону, где должен был сидеть хозяин Ривверана, мне стало ясно, чего братец так расслабился. Отец и Хостер Талли были заняты тем же делом, что и главный
— Мои дорогие гости! — Голос Уолтера Уэнта, не смотря на количество выпитого (а хозяин Харренхолла себя не сдерживал — несколько раз проходила мимо и видела, сколько он пьет), был громким и твердым, мгновенно приковав к себе большую часть внимания. — По просьбе принца Оберина… — Показал он на рядом стоящего и улыбающегося дорнийца, что недавно танцевал с Эшарой Дейн. — … сейчас будет исполнен знаменитый в Эссосе и Дорне танец! Все кто умеет его танцевать выходите в центр! Покажите нам своё мастерство хаггальского танца!
Судя по тому, как быстро южные лорды расступились и освободили небольшой круг в центре Чертога, что это за танец они знали. Мне сразу стало интересно, так что, активно работая локтями и проскальзывая в небольшие щели между людьми, я вскоре оказалась в первых рядах, где с удивлением обнаружила Эддарда.
А в центре уже стояли девять человек. Три мужчины — предложивший все это Оберин Мартелл, Эртур Дейн, королевский гвардеец и, по словам остальных, сильнейший мечник этого поколения, и Феликс Темпер, весело улыбающийся и светящий белозубой улыбкой, и шесть девушек — та самая Эшара и пять неизвестных мне дорниек. Хотя несколько гербов, нашитых на одежде, я узнала. Все они стояли на коленях в виде двух кругов — маленький круг из лордов внутри большого круга из леди.
Танец начался неожиданно. Тихий свист свирели, поначалу заглушенный гомоном незаинтересованной части гостей, все нарастал, пока не превратился в легкий свист, слышимый всеми.
