— Настойка белирианны, календулы, летней мяты и секрета итийского ленивца. Она вырубит его на несколько часов. И даст нам время немного поговорить. — Ответил на немой вопрос я, пока Григор на глазах засыпал, бессильно опуская свою обритую голову все ниже и ниже.
Сам по себе рост Клигана едва не дотягивал до двух с половиной метров, что на Земле сделало бы его инвалидом, которому либо всю жизнь пришлось бы провести в постели, либо тщательно следить за собой, чтобы органы, суставы и кости работали нормально. Но нет — этот монстр мало того, что обладал просто невероятным здоровьем и не имел проблем со своим ростом, так еще и был невероятно силен. Настолько, что разрубание пополам лошади не требовало от него особых усилий.
По словам Квиберна, который специально покинул свои подземелья и почти неделю провел около Горы, тщательно обследуя и изучая его, все дело было в его мозге. Когда он провел трепанацию черепа, то обнаружил там большую опухоль в средней части, где располагались основные секреторные отделы. По его мнению именно она стала причиной такого роста Горы, а также преследующих его с детства головных болей, вызывающих неконтролируемые приступы агрессии и сексуального возбуждения. И боролся с этим Григор очень простым способом — лакал маковое молоко или опиум литровыми кружками, став не только убийцей и насильником, но и наркоманом, который не мог жить без этой гадости.
В общем, по-моему было гуманней прибить это животное, в человеческом обличии, чем пытать или издеваться. Для него, уже несколько недель обходящегося без макового сока, разницы все равно не будет.
Все это, убрав или упростив медицинские термины, я рассказал понемногу приходящим в себя Дорану и Оберину. И прежде чем второй начал возмущаться на счет моих последних слов, руку поднял грандлорд Дорна, заставив замолчать своего младшего брата, и обратился ко мне:
— Все это конечно очень интересно, Феликс, но ты забыл упомянуть самое главное. — Уперев в меня хмурый взгляд, сказал он. — Как главный головорез Тайвина Ланнистера, который должен был быть в плену у Роба Старка оказался здесь? Прикованный к стулу и в клетке?
— Мой принц, вы ведь помните, что мой брат был тем, кто руководил пятитысячной армией Ланнистеров, сдерживающей северян на пути к Ланниспорту? — Спросил я и, увидев кивок, продолжил. — Именно он передал Старкам карту горных троп, с помощью которых они смогли прорваться в центральные области Запада, а позже быстро перебросить свои силы к Шутовскому броду и поймать в засаду армию Тайвина. Взамен он попросил у Старков несколько услуг и одной из них был Гора, за которого я обещал передать неплохие деньги. Так он и оказался здесь, когда мои люди забрали его в Скале и привезли сюда, постоянно держа в этой клетке.
Про девчонок Старков, уже несколько недель как отправленных в Речные земли на корабле, я умолчал. По договоренности с Молодым волком возвращение мной его сестер оставалось между нами и не афишировалось за пределы наших домов. Позже, когда война закончится, я выбью из Старков нужную мне награду, а пока это будет лишь приятным бонусом, который поможет мне, если что сыграть опытного и успешного дипломата.
— Ясно. — Немного расслабившись, ответил Доран, опять принимая более расслабленную и непринужденную позу. — Подарок и вправду очень хороший. Никогда не думал, что месть за Элию сама придет в мои руки. Что ты хочешь за это?
— Титул лорда-знаменосца. Это все, что мне нужно. — Ответил я, не пытаясь юлить. Всем в Дорне было прекрасно известно, что положение лорда-вассала, при нынешней силе и богатстве моего дома, очень сильно тянуло меня вниз. С новым титулом я мог намного свободней действовать на политической и экономической арене Вестероса и наконец заключить браки, достойные моих детей, дав им и их потомкам твердую опору под ногами.
За сорок лет жизни в этом мире я так и не проникся важностью титулов и родословной у местной аристократии. Для меня Дейны, непрерывно ведущие свою родословную десять тысяч лет, не особо отличались от простой семьи крестьян, знающих о своих предках только из рассказов своих отцов и дедов. Но для местных это был один из столпов их культуры, общества и самого мироздания. Я прекрасно знал о тех взглядах, бросаемых на меня всеми лордами и рыцарями, и произнесенных ими словах, самые приличные из которых были «торгаш», «безродный» и «выскочка». И так будет продолжаться до моей смерти, а после до смерти моих детей, внуков, правнуков и еще многих поколений. Самое яркое доказательство — Тиреллы. Древний род, тысячелетия служивший Гарденерам и во время принявших сторону победителя, до сих пор считают недостойными своего места, не смотря на многочисленные браки с другими древними домами Простора и текущую в их жилах кровь Гарта Зеленорукого.
Я такой судьбы для своих потомков не хотел. Поэтому и стремился женить Лайона и Аларика на дочерях благородных фамилий, родство с которыми надолго заткнет завистливые рты. А без титула лорда-знаменосца сделать это было очень трудно.
