Полдюжины вооруженных солдат, одетых и защищенных доспехами почти так же, как те, что лежали на земле, появились в поле зрения.
Ведущий солдат окинул взглядом ситуацию. Отметил трупы своих людей и демона, а также меня и Максима. Немного расслабился, когда он и его люди остановились.
— А, — сказал он. — Похоже, вы смогли расправиться с монстром. Молодой господин, примите нашу сердечную благодарность. Но с этого момента мы возьмем дело в свои руки.
Солдат изо всех сил старался изображать дружелюбие и доверие. Что немедленно заставило меня насторожиться.
Интересно. Значит, собираются меня ограбить. При свете дня, в центре города, не моргнув глазом.
Либо они совсем обнаглели, либо считают меня полным идиотом.
Я еще не вложил в ножны ни кинжал, ни меч. Хотя не стоял в боевой позе, но тоже не расслаблялся.
Солдат не стал ждать моего ответа, а повернулся, чтобы подать сигнал своим людям.
Как же. Конечно, не будешь ждать. Зачем спрашивать разрешения, когда можно просто взять то, что хочешь?
— Стой! — приказал я, и такова была сила и тон моей команды, что они замерли на месте.
Да, я выглядел молодо, но я также был высокого роста и благородного происхождения. А эти люди были простые солдаты, приученные слушаться приказов таких, как я. По крайней мере, пока жадность не перевесила воспитание.
— Я не давал вам разрешения «брать дело в свои руки», — сказал я, возвращая его слова обратно ему.
Эти славные защитники порядка решили, что молодой дворянин не станет возражать против небольшого грабежа. Ошиблись.
— Я прекрасно знаю о ценности этих тварей. Это моя добыча, и только моя.
Солдаты, казалось, начали колебаться. Очевидно, они знали, что мои слова были правдой. Тем не менее лидер еще не сдавался. Он заметил мою молодость и, видимо, принял ее за наивность.
Большая ошибка.
Он повернулся к одному из своих людей и заговорил тихо. Тот кивнул и поспешно ушел. Затем ухмыльнулся мне, такой знакомой ухмылкой. Типичная рожа человека, который пытается впарить откровенную ложь.
Сделал шаг вперед, руки свободно свисали по бокам, подальше от оружия. Весь его фокус был на мне. Будто Максима вообще не существовало.
— Ну же, молодой господин. То, что вы говорите, просто не может быть правдой. Вы всего один, и даже если вы неплохо владеете оружием, таких тварей убивать крайне сложно. Люди, которых вы видите на земле, из моей команды. Скорее всего, эта добыча была их, а не вашей. Значит, труп и все ценное в нем тоже не ваше.
Его слова звучали разумно. Если бы я был тем, кем он меня считал, возможно, его версия даже прошла бы. Но она просто не соответствовала действительности.
К тому же мне не нравился его тон. Словно он объяснял простые вещи медленно соображающему ребенку.
Я холодно посмотрел на него.
— Вы называете меня лжецом?
Некоторые из его людей явно были не так хорошо обучены, как другие. Раздалось несколько резких вдохов. Назвать дворянина лжецом было оскорблением, которое могло привести к быстрому, жестокому правосудию.
Я сжал оружие таким образом, что хотя еще не поднял его, угроза в моей стойке стала ясна.
Солдат не изменил выражения лица.
— Нет, нет. Ничего подобного. Но вы же понимаете — городская стража скорее поверит, что обученные солдаты справились с этой тварью, а не какой-то мальчишка.
Я на мгновение задумался. За их дерзость не придется ли мне убить их всех?
Серьезно подумал об этом. Шестеро против одного, но они были обычными солдатами, а у меня имелись червоточины. Шансы были вполне приемлемыми.
— Еще раз назовете меня мальчишкой, и ваш язык окажется на моем клинке. Объясню один раз: когда я сюда пришел, эта тварь стояла над трупами ваших людей. На ней не было ни царапины. Я с ней бился и убил. Есть свидетель-дворянин, который все подтвердит. Вопросы?
Максим жестко кивнул. Он излучал такое же праведное возмущение, что и я, в связи с тем, что простые стражники осмелились говорить со мной подобным образом. И именно поэтому я продолжил.
— Я и так потратил на вас слишком много времени. У вас нет права сомневаться в моих словах или претендовать на эту добычу. Будь вы дворянином, я бы уже вызвал вас на дуэль и доказал правоту моих слов вашей кровью. А так пожалуюсь вашему хозяину, пусть всех вас проучит. Особенно вас, главаря. Понятно?
Чем дольше я говорил, тем больше солдат понимал, как сильно меня недооценил. Он думал, что разговаривает с неуверенным мальчишкой. А на деле имел дело с человеком, который отлично знал, что такое власть и как ею пользоваться.
В этом мире, как и в моем собственном, аристократы действовали по разным правилам. Даже если бы его версия событий была точной, моей поверили бы. Даже при наличии свидетелей против меня.
То, что он вообще решился бросить мне вызов, означало, что границы между дворянством и остальными в этом городе начинали размываться. Как бы то ни было, я не собирался позволить этой тенденции повлиять на меня или на Максима.
Солдат оказался должным образом запуганным. Он был упрямым, но также понимал, что пересек черту.
Но прежде чем он успел начать пресмыкаться и умолять о прощении, в разговор вмешался еще один человек.
