— Я думал, ты бросишь друга и пойдешь с нами. Вместо этого ты встал против Тристана и сказал, что это твое празднование дня рождения и ты за все платишь. Сказал, что если хочешь пригласить друга, это твой выбор.
К тому времени я понял, что Максим читается как открытая книга. По выражению лица всегда видно, что он чувствует. На этот раз он казался странно гордым тем, что я, то есть Владислав, постоял за себя. И я тоже это одобрял.
Признаюсь, был готов списать прежнего Владислава как полного дурака. Но если он был готов противостоять Тристану, возможно, я слишком строго его судил.
— Тристан просто рассмеялся и бросил тебя.
Я задумался на мгновение. Опять же, не хотел создавать проблемы с единственным союзником в этом мире. Но это нужно было сказать.
— А ты? Что ты сделал? — спросил я.
Максим отвел взгляд. Видно было, что ему стыдно.
— Пошел с Тристаном и остальными, — сказал он. Затем добавил: — Знаю, что не должен был! Должен был остаться с тобой. Город опасен, и мы несли ответственность, даже без указаний твоего дяди, за твою безопасность! Ты младший из нас и самый неопытный!
Максим помолчал, стыд буквально исходил от него волнами. Я ничего не сказал, просто ждал.
— К тому времени мы были далеко от дома, а у меня не было денег на извозчика. Становилось поздно, идти пешком не хотелось. Поэтому мы впятером забрались в карету Тристана и уехал. Больше тебя мы в тот вечер не видели.
Лицо парня стало почти таким же красным, как его волосы. Очевидно, он винил себя в том, что со мной случилось. И не без оснований. Его логика была безупречной. Владислав действительно был самым младшим, а Тристан с Максимом и остальными действительно должны были за ним присматривать.
— Ты хотя бы поговорил бы с Влад… со мной, прежде чем уйти? — спросил я.
Его вина была такой сильной, что он не заметил мою оговорку.
— Конечно! За кого ты меня принимаешь? Я говорил с тобой долго, пытаясь убедить присоединиться к нам. Но ты упирался. И ты знал о моих проблемах с деньгами. Ты сам сказал мне идти.
Я не чувствовал ни намека на ложь в словах Максима. Он не врал. Но он еще не закончил. Наклонился ко мне.
— Брат, простишь ли ты меня? — Голос у него дрогнул. — Даже если мы и говорили об этом, все равно это было неправильно. Я не должен был тебя оставлять.
Желание получить прощение было искренним, но правда заключалась в том, что он подвел Владислава, и мы оба это понимали. Возможно, если бы Владислав был старше или опытнее, никакой вины не было бы. Но при таких обстоятельствах…
Глубоко вдохнул.
— Ты ошибся, — сказал я. — Но ты также взял заем, чтобы заплатить мой выкуп. Не был обязан этого делать, но я благодарен.
Максим кивнул, понимая, что полного прощения не получил.
Я не позволил ему зацикливаться на этом.
— А дальше что? Расскажи, как узнал о похищении.
— Добрался домой около четвертого утреннего колокола. Ты же знаешь, каков Тристан. И Варвара тоже. Когда они в настроении веселиться, гуляют до утра. — Максим вздохнул. — Предположил, что ты уже дома, и не проверил. На следующий день мне тоже было не до того. Тристан знает, что я мало пью, поэтому поставил условием моего участия в вечеринке обязательную выпивку. Когда проснулся, голова так трещала, что я не понимал, где верх, где низ. Так что лишь к тому вечеру по-настоящему понял, что тебя нет. Даже тогда не волновался. Большую часть дня прятался под одеялами, и, насколько знал, ты мог приходить и уходить дюжину раз. Просто бы не заметил. Но сразу после шестого вечернего колокола раздался стук в дверь.
Снова лицо Максима исказилось сожалением.
— Это был посыльный с запиской о выкупе. Требовали две тысячи червонцев за твое безопасное возвращение.
— А если бы не заплатил? — спросил я.
Максим содрогнулся.
— В записке было точно указано. Если выкуп не будет выплачен в течение трех дней, тебя можно будет найти плавающим среди льда в реке. Собирались разрубить на куски и бросить по частям.
Кивнул.
— Как это организовали? И что насчет городской стражи?
— Через посредника. Кто-то, кто регулярно занимается подобными делами. А городская стража… ты же знаешь. Есть правила насчет таких вещей, и они предпочитают не вмешиваться, пока что-то совсем не выходит из рук вон.
Я не знал, как все это работает. Казалось чуждым, но воспоминания Владислава были довольно ясными в этом вопросе. Хотя это и не совсем законно, похищение дворян было обычным делом.
Даже если похищенного убивали, городская стража прилагала минимальные усилия для поиска преступников, хотя иногда привлекал кого-нибудь к ответственности, если те заходили слишком далеко.
Таким образом, вся эта индустрия имела негласную поддержку короля.
— Что ты сделал? — спросил я.
— А что я мог сделать? Пошел к Тристану, но он только рассмеялся. Сказал, что ты не стоишь таких денег.
Я хмыкнул. Судя по тому, что знал о Тристане Дубровском, такая реакция была ожидаемой. Но, возможно, моя оказалась не такой.
Максим посмотрел на меня с открытым любопытством.
